Бэнкс многозначительно отметил:

– Мы слыхали, у них няня есть. Что о ней можете сказать?

Братья Тромперы снова переглянулись."

"– Няня, да. Недавно появилась на нашей улице. Пытались выяснить ее фамилию, но не вышло – не особо разговорчивая мисс. Сразу не понравилась она нам – бывает, стоит недалеко от тумбы и смотрит на нас. Аж жуть берет. Правда, дело она свое знает – мальчишек приструнила, выучила их здороваться. Надеюсь, бьет их.

– Само собой, бьет, – подтвердил Бэнкс. – А как еще с такими хорьками разбалованными поступать. Ну да ладно, времени болтать особо нет – заглянем к Хейвудам.

Где они живут?

Тедди ткнул рукой в туман.

– Дом № 8. Их квартира на третьем этаже – № 17.

– Потопали, Хоппер.

Бэнкс и Хоппер уже направились было к указанному дому, когда Терри Тромпер их окликнул:

– Эй, глядите в оба! Нашим сейчас опасно разгуливать в тумане!

– Ты за нас не бойся, – с улыбкой бросил Бэнкс. – Вряд ли кто-то осмелится напасть на двоих констеблей.

– Я не за вас беспокоюсь, – ответил Терри. – А за пинту «Зайца», которую вы нам должны.

– Уже за две пинты, – уточнил Тедди. – Сведения ведь чего-то да стоят. Да и вряд ли Гоббин будет рад узнать, что вы покинули пост…

Бэнкс и Хоппер поспешили убраться поскорее, пока должок не вырос еще на пинту.

Вскоре они уже стояли у дома № 8 по улице Слив.

***

Хмырр Хоппер сглотнул.

Грубберт Бэнкс тряхнул головой, и слетевшая с кончика его красного толстого носа капелька пота упала на пол.

До сего момента они считали, что готовы ко всему, но тут вдруг осознали, что не готовы даже броситься наутек. Они будто вросли в порог у двери квартиры № 17, с ужасом в выпученных глазах глядя на то, что к ним приближалось.

Страшнее всего было то, что этот кошмар шел на них не из квартиры…

Какие-то пять минут назад они поднялись на третий этаж, отыскали дверь с овальной медной табличкой и нужным номерком.

Хоппер уже было поднял кулак, чтобы как следует громыхнуть в дверь, но Бэнкс остановил его: «У нас тут не тот случай, – прошептал он. – Отложим “Откройте! Полиция Габена!” на потом…»

Повозившись в кармане мундира, толстяк извлек из него связку отмычек на большом железном кольце.

– Откуда? – спросил Хоппер.

– Да на той неделе изъял у Стиппли.

– Ты умеешь ими пользоваться?

Бэнкс хмыкнул, мол, что тут уметь, но на деле с отмычками он был знаком лишь по детективным и шпионским книжкам, – до этого то самое «Откройте! Полиция Габена!» всегда срабатывало безукоризненно.

Склонившись над замком, он сунул одну из отмычек в замочную скважину, но при этом неловко задел дверную ручку.

Дверь со скрипом приоткрылась.

– Не заперто. Ну надо же…

А потом началось…

С лестницы, ведущей на четвертый этаж, раздались звуки. Лязганье, царапанье, перестукивание и чавканье.

Констебли обернулись и застыли.