Она почувствовала, как запылало лицо — не от стыда, от ярости.

С преступной семейкой ей однозначно не по пути! Криминальный квартет!

Якубус — организатор и подстрекатель, идейный представитель. Оказывает авторитарное давление на остальных. С помощью физического насилия и угроз заставляет Руз совершить преступление.

Руз — главный исполнитель.

Госпожа Маргрит — пособник и, что бы она там себе ни думала, соучастница.

Хенни знает о происходящем, но молчит. Не может не знать! Подслушивать — её второе основное занятие. Она свидетель? Пособница! Заранее знала о готовившемся преступлении и оказала содействие в неразглашении.

Её пособничество заключается в бездействии.

Все женщины криминального квартета — соисполнители.

Что предпринять и как поступить дальше, Ника не знала. Совесть не позволит ей оставить всё как есть, а справиться с Якубусом она не сможет ни физически, ни как-то иначе.

«Что же делать?.. Как быть?» — забилась в сознании тревожная мысль.

— Привести свой приговор в исполнение. Ещё не поздно, — услышала она угодливый, елейный голосок подсознания.

— Ты о чём? — оторопела Ника.

— Устроить ему несчастный случай, как ты и думала, — напомнило подсознание увереннее.

— Убить… человека?

— Не человека, а гнусную тварь… стереть с лица земли.

— Не смогу, не справлюсь.

— Справишься. Вы… справитесь. Вас трое, а он один. Сделаете всё тихо и аккуратно. Ты умная, всё учтёшь, продумаешь, просчитаешь. Затем возьмёшь кредит, начнёшь своё дело и заживёшь припеваючи."

"Ника замотала головой — убийцей она не станет.

— Тогда приготовься к худшему, — усталым голосом прошелестело подсознание. — Адриан найдёт Аннику, и она ему во всём признается.

Достанется вам всем, а тебе больше других. Ты — главный исполнитель.

Ника вздохнула и прислушалась.

В гостиной вёлся оживлённый разговор.

— Как же твоя служба? — почесал Якоб шею. — Я вот свою собираюсь оставить. Можешь пойти на моё место.

— Какая служба? — невесело усмехнулся Адриан. — Я на коня с трудом сажусь.

— Что говорят доктора? — тихо спросила госпожа Маргрит. — Ты же не останешься хромым? — перекрестилась она.

— Доктор говорит, что потребуется не менее полугода, а то и больше, пока нога заживёт в полной мере.

Сложный перелом вкупе с ранением. Если бы не… — он замолчал, о чём-то вспоминая. Вздохнул: — Мог бы вовсе остаться без ноги.

— Не приведи Господь, — перекрестилась мама. — Как хорошо, что всё обошлось.

— Пойду я, засиделся у вас, — Ван дер Меер встал. — Спасибо за угощение.

Ника слышала, как он, подволакивая больную ногу, идёт к выходу, как стучит его трость по мраморному полу.

Когда Ника выходила из гостиной с посылкой, то, проходя мимо гостя, заметила трость, прислонённую к подлокотнику соседнего стула.