«Буквицы*», — догадалась Ника. Их когда-то подрисовывали вручную."

"Опасения оказались напрасными — госпожа Маргрит не собиралась втягивать дочь в очередную авантюру с подделкой документов. Судя по всему, Руз копировала с представленного образца заглавные буквы в печатных изданиях и получала плату за выполненную работу. Приходилось лишь догадываться, насколько умело она исполняла копирование. Однако если Неженка получила очередной заказ, значит, её работа устраивала заказчика.

«Ну конечно, Мейндерт Готскенс», — усмехнулась Ника, вспомнив, откуда ей знакома фамилия мужчины. Это же владелец конторы по переписи книг и документов, которую она ошибочно приняла за книжный магазин, когда ходила с Хенни на рынок! Тотчас перед глазами всплыла вывеска с изображением книги, стопки бумаги и чернильницы с перьями.

Ника рассматривала образцы буквиц размером едва ли не на полстраницы, декорированных растительным узором с множеством сложных переплетений и мелких деталей. Широкие вытянутые листья плавно заворачивались, намечая естественные изгибы письменных знаков; буквенные петли завершали цветочные бутоны. Работа требовала внимания, усидчивости и твёрдой руки.

При естественном освещении Ника без спешки и с перерывами на отдых исполнит такой узор за день. На шесть буквиц, две из которых повторялись, отпущено пять дней.

«Мало», — с досадой подумала девушка, будто заказ предназначался не для Руз и отказаться нельзя. Зачем отказываться? Деньги ей нужны позарез. Она постарается исполнить заказ в срок. Хорошо хоть роспись одноцветная — не будет рябить в глазах.

В ожидании госпожи Маргрит Ника прислушивалась к малейшему шуму за дверью, но слышала лишь топот Хенни. Мама зайти к дочери не спешила. То ли отдыхала после трудного дня, то ли добавить к уже сказанному было нечего.

«Двенадцать дней…» — вздохнула Ника.

Через двенадцать дней госпожа Маргрит станет нищей.

Через двенадцать дней приедет господин Ван Ромпей. Избегать с ним разговора Ника не станет, объяснится с глазу на глаз, чтобы между ними не осталось недопонимания и обиды. Мужчина не виноват, что ему понравилась Руз. Виновата Ника, потому что дала ему надежду на возможное продление отношений в иной плоскости.

Она закончила писать прошение в страховую компанию и принялась изучать особенности начертания первой буквицы.

Снова послышался топот Хенни.

«Носится по этажам, аки кобыла», — незлобиво подумала Ника.

Неудачи хозяев служанка переживала не меньше, чем вызывала искреннюю симпатию. Ника успела привыкнуть к её манере излагать свои мысли, к открытости и незлопамятности, к покладистости и добродушной ворчливости. Привыкла к её подслушиванию и к тому, что Хенни всегда рядом.