— Ну раз решили, не время ли пообедать? Как ты смотришь на зантийский пирог и рагу, Ханнари?

Полюбившаяся так сильно выпечка с красной рыбкой сейчас вызвала стойкую ассоциацию с тиной, от которой в горле появился противный комок, вынуждающий попытаться его проглотить.

— По лицу вижу, что не очень.

— Рагу буду, — предупредила я. — Мне побольше бульона!

— Как скажешь, — чмокнув меня в нос, Тайрос поспешил в кладовую, чтобы достать и разогреть силой своего огня приготовленную заранее еду.

Проводив его взглядом, не заметила, в какой момент Киррас оказался рядом, вклиниваясь между колен и тесно прижимая бедра.

От него, как и всегда, пахло умопомрачительной свежестью, уносящей в прохладные облака. Не задумываясь, я потянулась навстречу, подставляя губы под сладкий, неторопливый поцелуй с подтекстом.

— Я так соскучился, — игриво прошептал он. — С этим переездом ты совсем выбиваешься из сил, Ханни. Все может подождать, и твои задумки с вазами и кашпо никуда не денутся. Когда ты в последний раз отдыхала?"

"— Вчера. Когда писала свой роман. Это вы подговорили господина Ноэзло заказать у меня полноценную книгу?

— Вот еще, это только твоя заслуга. Наверное, многим бы хотелось прочитать историю любви драконов и одного сладкого огонька. И все равно это не отдых. Ты продолжаешь трудиться в «Вестнике» за гроши, и я, честно говоря, твоей мотивации до сих пор не понимаю. Хоть потребуй повышения гонорара!

— Зачем? — хитро улыбнувшись, опустила ладонь на литую грудь и осторожно провела по ней пальцами, чувствуя под подушечками рельеф. — У меня есть два дракона со своими необъятными сокровищницами. А господин Ноэзло вовсе не дракон, и столько золота у него нет.

— Так и скажи, что тебе это не нужно.

— Мне это не нужно, — по слогам прошептала я, близко придвинувшись к мужским губам. — Мне просто нравится писать, Киррас. И награда мне за это необязательна.

— А как же, — коротко и так же тихо произнес он, целуя меня в уголок губ, — поощрительные вознаграждения?

— От господина Ноэзло? — засмеялась я.

— Я тебя покусаю, — пригрозил дракон, поцелуями спустившись к шее и ключицам. — Ты же знаешь, о чем я говорю…

— Знаю, — выдохнула я, зарываясь пальцами в белоснежные волосы на голове дракона, которая опускалась все ниже и ниже, торопливо распутывая пояс платья стальными пальцами. — Об этом…

— Нет, — не согласился он. — Об этом.

Губы обожгли бедро, рассыпая по коже бисер мурашек, и избавившие тело от ткани пальцы скользнули по лодыжкам, рисуя горячие полосы.

Киррас определенно собирался довести задуманное до логического финала, потому как полностью проигнорировал вернувшегося из кладовой Тайроса с тарелками в руках.