Неподалеку все же разглядела обособленные пригорки зеленые с цветочками, словно уменьшенный вариант Поляны миров. Красиво расположились. Декоративность эта не от природы точно, тут рука чья — то приложена… или лапа.

Воду увидела, лужица, корнями обрамленная между пригорками с цветами. Мурашки бегают по моей спине. Это зловещая сказка говорит о том, что тут чей — то дом.

Пальмира смотрит на мою реакцию, наслаждаясь ею.

— Это сердце леса, — прошептала тихо — тихо. — С него все начинается, одно зернышко с дуба волшебного, и разрастается такое чудо.

— Где леший — то? — Шепчу, меня начинает трясти.

Энергетика витает, ауры ощущаются, сплетения магические мимо летают, будто мы пешеходы у шоссе, а они машины, что проносятся, нас не замечая.

— А вот, перед тобой он, — выдала, кивая на дуб.

— Не поняла? — хриплю, мурашки по спине все бегают, нервно хихикая.

— Посмотри повнимательней вокруг, — произнесла Пальмира трепетно.

Увидела… Тела, вернее спины людей. Пригорки эти не пригорки вовсе! А люди мертвые. Но запаха ведь нет. И не разлагаются они, а будто спят. Голые спины, на которых одежда давно истлела… Ужас накрыл медным тазом.

Мироощущение в раз поменялось. Хочу уйти из этого кладбища. А девка эта монстром мне кажется. Искуситель в виде девочки, заманивший очередного идиота на пиршество для лешего.

Волосы зашевелились у меня не только на затылке, когда она к дубу пошла, а тот скрипнул в ответ! Вибрацию под ногами я четко ощутила.

Пальмира руку к стволу прикладывает и говорит, как ни в чем не бывало:

— Все они пытались его убить. Чтобы лес пропал, обнажил свои сокровища, что хранит. Но мало кто знает, что действительно дает он ведьмам.

Обернулась, глаза ее сияют.

— Вонзи в него свои когти, демон! — Кричит с выражением повелительницы. — Пусть даст нам сок свой чудотворный!

Замолчала, выдохнула, ручки скрестила, на меня уже с легкой улыбкой взглянула и произнесла гнусаво:

— Да пошутила я.

— Чего? — Сиплым голосом пытаюсь возмутиться. А ноги не держат.

— Дуб живой, то правда, — продолжает. — И сок свой так просто не дает. Все несчастные вокруг — это одержимые идеей бессмертия алхимики и прочие ученые бездари. Леший любит порядок, и запахи ему разложений ни к чему, вот и поддерживает тела их в некой жизни.

Мертвые они все, но и живые.

— К чему ты это говоришь? — Сглотнула.

— Я разгадала, как он убивает, вот к чему…

— И скольких ты сюда уже заманила? — Я стала отступать.

— Аккуратно! — Предостерегла, но с неким сарказмом.

Оборачиваюсь, а позади спина с цветами! Откуда?! Тропа же была?! Смотрю вокруг, все не то! По — другому расположены стволы деревьев. Местность незнакомая. Лишь дуб в центре все тот же!

— Валерия, — пропела мелкая бестия. — Я твой путь домой. Ты справишься, я верю в тебя.