Мне понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя от пережитого, восстановить дыхание и морально подготовиться к новым нападкам со стороны юной особы. Ведь пауки – только начало. Какого демона я согласилась на эту авантюру?!

Места для девяти человек были подобраны заранее. Естественно, их рассадкой занималась лира Илаиль. Я не испытывала к ней неприязни, однако она оказалась на удивление мстительной и предусмотрительной личностью. Если бы женщина могла, она посадила бы меня в конце стола, а так всего лишь через две головы от именинника. Конечно, умышленно. Она хотела, чтобы я наблюдала за жестами друга, его взглядами, адресованными моднице, и не могла ничего поделать. Какая утонченная жестокость!

– Адель, ты куда? – желая подчеркнуть наше близкое знакомство, Дэниел обратился ко мне по имени, когда я прошла мимо него и направилась к отведенному месту за столом. – Садись рядом.

К возмущению лиры Илаиль и Деборы, чета Айвстоунов была вынуждена подвинуться. Я залилась румянцем, тем не менее заняла место по правую руку от воздушника. По левую величественно восседала несносная особа.

Слуги подали первое блюдо, и атмосфера в помещении перестала быть столь накаленной. Я даже попробовала и оценила вкус запеченных перепелов с клюквенным соусом.

– Лира Аделина, вы случайно не приходитесь родственницей лэрду Далтону Мортенвейру? – Дебора взялась за старое, знала, что этот вопрос выбьет у меня почву из-под ног.

Вилка с долькой картофеля застыла на полпути ко рту. Я замерла, думая, что ответить. Его светлость изучающе смотрел на девушку с некоторым удивлением, словно не ожидал, что внучка его старого друга окажется столь дерзкой особой."

"Дебора проявляла себя не с лучшей стороны, но она, казалось, не понимала этого. Девица хотела унизить меня и превознести себя.

– Лира Аделина действительно приходится ему родной сестрой. И что в этом такого? Она без пяти минут выпускница Академии Высшей магии, одна из лучших адепток. А вы, лира Дебора, чего добились к своим девятнадцати годам?

Слова Дэниела, ровно как и ледяной тон на секунду сбили мое дыхание, а когда его рука опустилась во внутренний карман фрака, сердце скакнуло к горлу и там осталось. Я отчетливо понимала, что сейчас произойдет, поэтому сидела ни живая ни мертвая.

Очевидно, это осознала не одна я, поскольку лира Илаиль вдруг стала белее снега, лежавшего за стенами замка, а герцог заметно помрачнел. Обстановка накалилась до предела. Казалось, чиркни спичкой – и здесь все взорвется.

– Раз вам нечего сказать, то… – продолжил воздушник, не услышав ни звука в ответ, и начал подниматься.

Внезапно он замолчал и посмотрел на деда, словно тот привлек неким образом его внимание.