Судя по тому, как резко отпрянули горничные от одной из своих товарок, ответ был более, чем очевиден.

Я перевела на девушку хмурый взгляд, и она съёжилась. Мне стало её нестерпимо жаль, но я знала: стоит только спустить эдакое с рук и стерпеть, как всё. Слопают меня и не поморщатся!

— Как тебя зовут? — негромко спросила я.

— Грета Эссер, — пролепетала девушка, окуная голову в плечи. И тут же добавила, — госпожа управляющая…

— Ну что ж, — вздохнула я, — сейчас всё проясним.

Я подошла к Грете и встала рядом — так, чтобы видеть всех остальных. Горничная тут же сжалась ещё больше, и я буквально почувствовала, как от неё хлынула волна страха.

— Бояться не надо, — тихо сказала я ей, чтобы немного успокоить, — а вот выводы сделать — ещё как. Поняла меня?

Грета усиленно закивала, а я обратилась к остальным.

— Я помню, что, когда вы работали под началом Аманды, — сухо сказала я, — подобное поведение было в порядке вещей. Но теперь вы работаете под моим началом, а я такого отношения не потерплю. Это понятно?

Дождавшись пары-тройки кивков, я продолжила:

— Отныне я ввожу следующее правило. Каждый из нас относится друг к другу с вежливостью и уважением, не позволяя оскорбительных выпадов. Я буду тщательно следить за этим. Нарушитель будет наказан. В первый раз это будет просто замечание, но если подобное повторится вновь, то нам с нарушителем придётся расстаться. Это понятно?

Выпалив всё это на одном дыхании, я оглядела притихших горничных. На лицах многих читался испуг, но некоторые явно смотрели на меня с облегчением.

Похоже, это были те, кто так или иначе пострадали от подобного обращения.

— То есть… — пискнула Грета, и я кивнула.

— Верно. Пока для тебя — только замечание.

— Спасибо, спасибо, госпожа! — скороговоркой выпалила Грета, — Вы очень великодушны!

Я устало улыбнулась ей. Теперь главное — твёрдо стоять на своём и выполнять обещанное. Если моё требование не будет соблюдаться, то и наказание должно последовать соответствующее.

Украдкой выдохнула. Золотое правило воспитания — пообещала наказать — накажи, чтобы не расхолаживать подопечных.

— А теперь вернитесь, пожалуйста, к своим обязанностям, — уже более мягким тоном сказала я, — а я отнесу господину Саторро и его гостю чай.

И, взяв в руки поднос с двумя чашками и вазочкой со сладостями, бодро зашагала в сторону кабинета Рейнарда. Внутри клокотала тревога: а что, если я пропустила всё интересное, и они уже успели обсудить важные вещи?

Но не могла же я оставить конфликт между горничными неулаженным. Я же управляющая, как ни крути!

Дверь в кабинет Саторро была плотно закрыта. Глубоко вздохнув, я постучалась и, услышав в ответ его сухое “войдите”, кое-как приоткрыла её, навалившись бедром, и скользнула внутрь.