Арчибальд же остался валяться на земле, крепко спеленутый путами Рейнарда, в компании Бартоломея.

Об их дальнейшей судьбе мне было известно совсем немного. Вроде бы, прибывшие на звуки битвы драконов городские стражники обнаружили этих двоих и немедленно препроводили их в ратушу.

Начались нешуточные разбирательства. Откуда-то появился Йоганн Гезихт, который, потерпев фиаско в расследовании пропажи Вивиан, с утроенной силой кинулся расследовать все тайные махинации Арчибальда и опасные эксперименты Цуго.

Итог был вполне предсказуем. Когда была обнародована новость об опасных экспериментах Цуго с душами людей, а также выяснилось то, что Арчибальд годами давал ему на это денег, чтобы иметь возможность в любой момент пользоваться наработками алхимика, сам король, владеющий обширными землями, на которых располагались и владения Кирро, пришёл в ярость.

Он повелел немедленно бросить Цуго в магическую тюрьму и провести тщательное расследование всех его делишек. К сожалению, Кирро арестовать не успели: почуяв неладное, он покинул своё герцогство, и пока никто не знал, где он.

Исчезла куда-то и Нефелия. Когда явились арестовывать и её — за покушение на жизнь Вивиан Саторро и мою — оказалось, что после тех событий в особняке Цуго её так никто и не видел.

Эллейн же, в отличие от Арчибальда, просто расцвела. Саторро предложил ей перевезти её приют в свои владения, и девушка с радостью согласилась.

Рейнард стал попечителем приюта и выделил на его восстановление щедрейший дар. Эллейн немедленно взялась за работу, и в скором времени её приют было просто не узнать. У неё оказался действительно недюжинный управленческий талант, который искусно скрывался за милым личиком, и в скором времени она превратила приют в настоящий райский уголок."

"Теперь это был даже не приют, а Магический интернат для одарённых детей. Ведь — в этом была убеждена и Эллейн, и я — для талантливых ребят надо создать все условия для развития их талантов, ведь спустя некоторое время это обязательно вернется сторицей!

Ну, а я, поразмыслив немного, приняла предложение Саторро. Наша свадьба действительно прошла очень скромно, среди самых близких людей. Мы пригласили Вивиан, Аделаиду — несмотря на её слабое сопротивление, Глорию, которая теперь служила мне верой и правдой, и даже Йоганна Гезихта, полностью признавшего свое фиаско и нижайше попросившего у меня прощения.

И всё же одна мысль неотступно глодала меня…

Что происходит там, в моем мире? Как там мама и ребята? Они наверняка меня ищут, а я даже не могу передать им весточку…

Три месяца спустя

— Вечером тебя ждёт сюрприз! — объявил мне за завтраком Рейнард. От неожиданности я едва не поперхнулась фруктовым чаем.