– Скажу Трениру и Рейвенелу…

– Пусть они сами о ней позаботятся, – посоветовал Уинтерборн. – Очень скоро она будет принадлежать только тебе, вот тогда и разожжешь огонь в новом очаге.

Том с недоумением взглянул на него:

– Она переедет в мой дом.

Уинтерборн усмехнулся и покачал головой:

– Я имел в виду первую брачную ночь, непонятливый ты тупица.

Когда Кассандра добралась до вестибюля часовни, вокруг суетился народ с зонтиками, полотенцами и чем-то наподобие брезентового навеса. Со своего места в передней части Том почти ничего не видел, но Уэстон, сложив брезент, поймал его взгляд и коротко кивнул.

Решив, что ему дали понять, что Кассандра благополучно добралась до часовни, Том слегка расслабился.

Не прошло и двух минут, как Уинтерборн встал с ним рядом, и тут зазвучала музыка: квартет местных музыкантов исполнял свадебный марш на маленьких золотых колокольчиках. До этого Том слышал свадебный хор Вагнера только в органном варианте и всегда считал его тяжеловатым, а вот колокольчики придавали ему нежное, почти игривое звучание, которое идеально подходило для данного случая.

Пандора в роли подружки невесты, слегка улыбнувшись Тому, скромно заняла свое место, затем появилась Кассандра – к алтарю ее вел Девон – в белом атласном платье, элегантном и очень простом, без вычурных оборок и бахромы, которые отвлекали бы взгляд от прелестных очертаний ее фигуры.

Фату надевать она не стала, просто собрала волосы по бокам и закрепила на макушке, а остальные распустила так, что они золотым каскадом рассыпались по спине. Единственным украшением служила тиара из бриллиантовых звезд, которую в то утро Том передал ей в качестве рождественского подарка. Множество драгоценных камней, ограненных в форме розы, ярко сверкали в пламени свечей, но даже они не могли затмить искрящиеся глаза и сияющее лицо Кассандры. Она была похожа на Снежную королеву неземной красоты, величественно шествующую по зимнему лесу.

А Том ждал ее у алтаря, сжимая в кулаке свое сердце.

Как называлось это чувство? Ему казалось, будто он провалился сквозь поверхность своей жизни и очутился на странной, абсолютно новой для него территории, которая всегда существовала, хоть он о ней и не подозревал. Только в одном Том был точно уверен: разумная дистанция, которую он установил между собой и остальным миром, нарушена… и ничего никогда уже не станет прежним.

После продолжительного рождественского пира семья спустилась вниз, в холл для слуг, на ежегодный бал, где по традиции все домочадцы свободно общались друг с другом, танцевали и вместе пили вино и горячий ромовый пунш. За обедом Кассандра позволила себе всего несколько глотков вина, но во время танцев немного расслабилась и выпила целую чашку горячего пунша.