Мне показалось или мужчина с облегчением выдохнул? Не показалось. Взявшись рукой за графин, снова наполнил водкой рюмки до края и кивнул:

— Это хорошо, Ярослав, потому что у меня к тебе предложение. Личное. И касается оно моей семьи. — Корнеев прищурил взгляд и остро сверкнул стальными глазами. — Но, само собой, когда обо всем узнаешь, ты можешь отказаться.

Ха! Он меня за идиота держит? Или проверяет?

Нет, скорее всего набрасывает удавку. Черта с два у меня есть это «само собой».

— Я согласен вам помочь. Сделаю все, что в моих силах.

— И даже не спросишь, что именно мне от тебя нужно?

Я не должен был спрашивать, не затем меня сюда доставили. Да, в городе меня знали многие и многих знал я, но перед лицом Корнеева мы все были пешками.

Я должен был ответить, и мой голос не дрогнул:

— Нет.

***— Хорошо. — Корнеев снова сел в кресло и закурил. Чиркнул по старинке спичкой в тонких узловатых пальцах, зажигая сигарету. — Тогда перейдем сразу к делу, — сказал, разогнав дым, и очень аккуратно опустил спичку в фарфоровую пепельницу. — Как ты уже знаешь, Ярослав, мой единственный сын погиб и других мужчин-наследников у меня нет. Я очень богатый человек, но, к сожалению, немолодой, и кое-кто из моих недругов уже стал поговаривать о том, что скоро моему влиянию в этом городе придет конец.

Мужчина ухмыльнулся. Мне вдруг тоже под его взглядом захотелось курить, но я не посмел перебить рассказ.

— Да, я не молод, — продолжил Корнеев, — но списывать меня со счета пока рано. Я всегда был склонен верить слухам и такое положение дел допустить не могу. Мне нужен наследник, и он у меня есть. Точнее она — дочь. Но прежде, чем об этом узнают в городе, мой отцовский долг ее защитить."

"Ого, вот это поворот. Когда умер Кирилл, все говорили о том, что Стальной Босс остался на этом свете один с женой и без детей. Насколько я помнил, о дочери Корнеева никто не слышал. Так ему нужен телохранитель для наследницы?.. Вот черт! Это ставило крест на моей профессиональной карьере бойца миксфайта, звезды ринга боев без правил.

Эта перспектива лишь мелькнула в сознании, а холод уже затопил душу. Кто знает, что было легче — сдохнуть в луже три года назад, или стать управляемой марионеткой какой-то девчонки?

— Да, не удивляйся, — вновь не удалось мне скрыть мысли от проницательного взгляда хозяина дома. — До недавнего времени никто о Марине не знал. Буду с тобой честен, Ярослав, я сам двадцать лет отрицал факт ее существования, и только когда умер Кирилл, нашел ее мать и убедился, что когда-то она мне не соврала. Для этого пришлось сделать необходимые тесты, все без согласия и сознательного участия Марины, но факт — я появился в ее жизни и заставил меня принять.