Глава 57

Дима

В пятницу утром, как и было назначено, в «Теско» состоялось заседание крупных акционеров. Среди них был и Разин. Разье, мать его! Отец тоже прибыл. У нас с ним поровну акций — по пятнадцать процентов. Свои я собирался продать. Алена придерживалась того же решения. Сегодня мы объявим об этом. Пора окончательно развязаться с прошлым и жить тем, что реально дорого. Жизнь одна, не стоит тратить ее на дело, которое не любишь и людей, которые этого недостойны. Я буду следить за здоровьем родителя, помогать и поддерживать — это моя сыновья обязанность, — но исключительно издалека.

— Доброе утро, дамы и господа, — открывал собрание отец. Он до сих пор был председателем совета акционеров. — На повестке заседании вопрос о правопреемник Германа Савицкого, — перевел взгляд на Алену, холодный, но без неприязни. Неужели пытался сгладить первое впечатление? Не выйдет. — Алена Владимировна Романова, наследница Германа Львовича. Теперь она будет председательствовать в совете или может выбрать представителя для этих целей. Все зависит от решения госпожи Романовой."

"— Доброе утро, господа, — Алена по-деловому улыбнулась. — Александр Андреевич, — на отца прямо посмотрела, — мне не нужен представитель. Я планирую продать свой пакет акций. Переговоры буду вести через Дмитрия Александровича Небесного, — и на меня бросила теплый взгляд.

— Я в свою очередь, — тоже взял слово, — планирую выйти из бизнеса. Рассмотрю предложения, — посмотрел на Разина, сидевшего с хищной задумчивой улыбкой, — уважаемых акционеров, потом уже обращусь к фондовому рынку.

— Ты с ума сошел! — прогремел отец, нарушая ошеломленную тишину.

— Я думаю, — выдержал эффектную паузу, — заседание можно закрыть. Всем нужно обдумать новые вводные. Благодарю дамы и господа.

Я проводил Алену и вернулся к себе в кабинет. Отец уже там. Ждал с перекошенным лицом.

— Да как ты смеешь! — ударил кулаком по столу. — Это моя компания! Мои акции! А ты мой сын! Будешь делать, что я скажу!

Я сложил руки на груди. Что еще?

— Ты немедленно берешь контроль над акциями своей пигалицы, пока стервятники не налетели.

— Я думаю, тебе пора домой, папа. В понедельник у тебя обследование в неврологическом центре.

— Что ты сказал?! В психушку упечь меня хочешь?! Не выйдет! Где твоя мать. Я ей устрою! Совсем распустила тебя!

— Что ты сказал? — ошеломленно нахмурился. — Что?

Отец замер, с трудом вдохнул, головой мотнул пару раз.

— Ничего, — отрезал грубо. — Я не позволю ни тебе, ни твоей девке разрушить мою компанию. Так и знай!

Я с муторным чувством провожал его спину. Отца увез его личный водитель. Мне не понравился наш разговор. Это и понятно, но было что-то еще: это упоминание мамы и угроза.