Это ведь была угроза? Неужели действительно повредился умом? Если бы просто грозил убить меня, принял бы как вздорность характера. Но этот взгляд… Я помнил его. Он из прошлого. Он на мать так смотрел: с такой безумной собственнической ненавистью. Только не понимаю, за что? Возможно, специально делал все, чтобы ей было больно. А когда постоянно больно, жить не хочется…

Я набрал главного врача научного центра неврологии. Нужно уточнить детали. Вероятно же, что отец не захочет проходить обследование по своей воле, но оставить все как есть нельзя. Мне сказали, что если вовремя начать лечение, можно замедлить болезнь. Может быть, тогда задам вопрос, терзавший всю сознательную жизнь, и который намеренно задвинул в самую глубь сознания: почему? Почему мама это сделала? Сейчас я хочу знать!

Днем мне позвонил Разин. Пригласил на обед. Я ожидал, что первым захочет заполучить контрольный пакет. И я даже готов продать, но с условием.

— Изображать радость встречи не будем, — произнес, присаживаясь за столик. Разин ждал меня в «Рыбы нет». — Не нужно, — не стал брать меню, — я его наизусть знаю. Рибай прайм средней прожарки, картофель и салат с языком.

— Что будете пить?

— Воду без газа, а после основного двойной эспрессо.

Я заказал плотный обед, потому что был очень голоден. Чувствовал себя прекрасно и даже мрачно изучающий взгляд Разина не испортит мне аппетит. У нас с Аленой наладилось, да так, что ночами не спим, а утром с трудом разжимаем объятия и прощаемся. Мне кажется, что именно сейчас поняли друг друга на самом высшем уровне.

— Я хочу купить акции, — начал Разин, пригубив из бокала с коньяком. Он ничего не ел, только пил. Но и это с натяжкой. Так, цедил. — Я так понимаю, решать все вопросы нужно с тобой?

— Со слухом у тебя проблем нет. А вот причинно-следственные связи явно нарушены. Ты действительно думаешь, что я продам акции тебе?

— Дмитрий Александрович, — Разин улыбнулся, — мы ведь деловые люди. Договоримся. Просто назови цену.

— Я не против продать акции тебе, — откинулся на спинку стула, — но цена будет с условием.

— Каким же? — насмешливо поинтересовался, кривя тонкие губы. Разина сложно назвать приятным человеком и смазливым красавчиком, но бабы взгляды бросали. Но только не Алена. Нет, даже не понимаю, почему так ревновал к нему. Дурак. Каким же дураком был. Мне многому, очень многому еще придется научиться. Но я смогу. Алена мне поможет. А я помогу ей. Мы будем учиться друг у друга и учить наших детей.

— Тебя не должно быть рядом с моей семьей. Я хочу развязаться с прошлым. Алена тоже. А прошлое должно забыть о нас.

— Хм… — почесал заросший подбородок, — я могу скупить акции на бирже, — задумчиво напомнил Ярослав.

— Ты не сможешь получить блокирующий пакет без разрешения антимонопольной службы.