Маня ввалилась к ней в кабинет без предупреждения, и Елена Васильевна взглянула так, что писательница чуть было не отступила с позором.

– Здравствуйте, меня зовут Марина Покровская, – зачастила она. – Я писательница и дружу с Романом Сорокалетовым. Инга сказала, что вы можете знать, куда он уехал. Он мне очень нужен!..

Елена Васильевна молчала, смотрела и слушала.

– Я просто хотела с ним поговорить, ненадолго, – продолжала Маня по инерции, но остановилась и спросила: – Мне выйти и зайти снова, после доклада?

Елена Васильевна ещё немного посверлила Маню взглядом и пригласила присесть.

– У-уф, спасибо, – обрадовалась писательница. – Вы знаете, у меня очень болит нога. Я что-то то и дело на неё падаю! Вчера на лестнице так упала, что даже очки разбила, и если бы не…

– Чего вы хотите? – перебила помощница. – Вам что-то от меня нужно?

– Вы мне не подскажете, где найти Романа Сорокалетова?

– Нет.

Маня хотела продолжать, но осеклась.

– Вы не знаете? – уточнила она осторожно.

– Знаю.

– И не скажете?

– Нет.

– Почему? – с искренним интересом спросила Маня.

– Потому что вас я как раз не знаю.

– Логично. – Она с трудом поднялась, придерживаясь рукой за кресло, и пояснила свою неловкость: – Это всё из-за ноги! Извините меня, пожалуйста. Я ему позвоню и спрошу. Он-то меня знает!..

Маня похромала к двери, остановилась и спросила:

– Вы правда так огорчились из-за смерти Максима, что попали в больницу?

– Откуда вы знаете?

– Ромка сказал. Или ещё кто-то из ваших коллег.

– Да, – согласилась Елена Васильевна. – Огорчилась. Можно и так сказать.

И тут произошло невероятное. Глаза у неё налились слезами, она моргнула раз, другой, слёзы тяжело закапали на разложенные на столе бумаги.

Маня кинулась обратно и стала совать пакетик с салфетками.

– Простите меня, простите, – проговаривала она. – Я знаю, это ужасно!

– Ничего вы не знаете, – всхлипывая и давясь, проговорила Елена Васильевна. – Ведь только всё… наладилось, и тут такое! Ну вот почему, почему так бывает? Куда Господь смотрел? Как позволил?…

Маня точно знала, что никакая вода не поможет – она сроду никому не помогает, вода эта! – но тем не менее выхватила из портфеля бутылочку, открутила крышку и подала Елене.

– Господь за нами следить не приставлен, – сказала Маня фразу, сто раз слышанную от тёти Эмилии, знаменитого экстрасенса. – Он не жандарм и не гувернантка. Мы тут сами должны… управляться.

– Вот Максим и управился.

– Да ведь это кто-то другой с ним управился…

В дверь постучали.

Елена Васильевна сорвалась с места и скрылась в соседней комнате, как не было её.

– Да-да, – отозвалась Маня растерянно.

Инга внесла поднос, в кабинете сразу вкусно запахло кофе.

– А что, Елены Васильевны нет? – удивилась она.

– Вышла на минуточку.