Глупая, глупая, глупая! Доминик попытался мне сказать, а я на него накричала. Я не поняла, что Невилл унаследовал стремления своего отца и будет столь же опасен, нет, еще опаснее, потому что рожден в браке, а это имеет значение в глазах даже самых отъявленных снобов! Он может превратить Гренвилла в мученика.

— Он принес присягу?

— Он всегда сможет сказать, что сделал это под давлением.

— Я убью его для тебя. Где он?

— Мы не знаем! Я послала его к констеблю Вальдору, который утверждает, что не видел его, — конечно, может быть, констебль лжет и ведет двойную игру. Старший Инквизитор говорит, что Темная Палата располагает заклинанием-ищейкой, и с его помощью можно выследить Невилла, если у нас будет ключ — то есть какой-нибудь предмет, долгое время принадлежавший ему.

А у нас ничего нет. Сейчас он наверняка уже далеко… Ох, Пес, я такая дура!

Ее отец никогда бы не сделал такой ошибки. Амброз засадил бы Невилла в подземелье на долгие годы просто так, на всякий случай. Этой ночью Малинда плохо спала, и ей мерещились кошмары: ее собственная голова на копье рядом с головой Гренвилла.

Никто не проявил неуважения к королеве и не назвал ее идиоткой, однако герцог и канцлер взяли дело в свои руки и перестали изображать ее советников.

Они рассадили всех по местам и продолжили Совет до заката.

Пришлось согласиться, что с Невиллом ничего не поделаешь, пока он наконец-то не объявится, и ничего не поделаешь с мятежными крепостями. Созыв Парламента назначили на пятый день Десятого месяца. Совет решил, что ему нужны новые члены и обсудил кандидатуры; Малинда смиренно согласилась подписать около полудюжины новых назначений. Совет даже нашел некоторое количество денег, точнее, это сделал мастер Кинвинкл, сообщив, что налог под названием «пособие» должно платить даже в случае смерти королевского вассала.

Казна и Коллегия Герольдов трудилась все лето, сказал он, подсчитывая «пособие» за счет дворян, погибших в Уэтшорской резне, и большую его часть еще не собрали. Вдовствующая герцогиня сообщила с мрачным видом, что пособие де Мэев еще при них; барон Дэшез получил приказ собирать деньги как можно скорее.

Совет даже осмелился затронуть вопрос о возможных мужьях королевы. Тогда Малинда ударила кулаком по столу и закричала, что сама решит свою судьбу.

Канцлер нахмурилась, как будто королеве было девять лет, и поменяла тему, но идея осталась неизменной: чем скорее они найдут человека, который согласится взять замуж глупую девчонку, тем лучше.

— И что ты можешь сделать? — прорычал Пес.

— Только это. — Она поцеловала его."

"Больше намеков ему не понадобилось. Пес ухитрялся лежать неподвижно, обнимая Малинду, покуда она изливала ему свои горести. Последовавшее безумство на время отогнало печальные размышления.