– Но это еще не все, – проговорила сестра.

– Ангелина, ты меня пугаешь! – призналась я, отмахиваясь от прилетевшей осы.

– В общем, папа просил тебя перезвонить, – выдохнула Геля, – сейчас же.

– Ладно! – Я поднялась с качелей, а Ангелина тут же заняла мое место. – Пойду в дом, поговорю с папой.

Когда уходила из сада, из-за спины донесся Гелин голос:

– Раскладывай заново. Я не так хорошо играю, как наша суперидеальная дочь Ульяна, но все-таки попробую тебя уделать, Мишаня…

Папа сразу же взял трубку.

– Ульянчик, – бодро ответил он, – дорогая моя, как ты?

– Спасибо, пап, хорошо, – немного настороженно проговорила я. – Геля сказала, ты хотел…

– Да-да, хотел! – перебил меня отец. – У меня мало времени. У нас скоро посадка на самолет. В общем, слушай! После Италии мы планируем вернуться не одни, а с моими новыми деловыми партнерами. Представляешь, есть возможность купить отель на Пантеллерии! Небольшой, всего на восемь номеров…

– Круто, поздравляю! – отозвалась я. – Значит, партнеры? Так лучше предупредить о гостях бабушку. Она организует шикарный прием.

– Нет, Уля, ты меня не поняла. – Голос отца внезапно стал твердым, не терпящим возражений. – У дорогого мистера Россини есть сын, ему двадцать пять лет…

– Пап, ты к чему опять ведешь? – перебила я.

– Надеюсь, к нашему приезду ты будешь дома, – выдохнул отец. Голос уже не был таким твердым, видимо, ему неудобно было разговаривать со мной на эту тему. – Покажешь ему свои манеры, будешь улыбаться, любезничать…

– Больше мне ему ничего не показать? – грубо поинтересовалась я, догадавшись, к чему клонит отец. Подобное мы уже проходили.

– Ульяна! – опешил папа. – Как ты разговариваешь с…

Я молча положила трубку. Выбежала в сад, стараясь не заплакать. Пронеслась к воротам мимо качелей, на которых по-прежнему восседали Геля и Миша. Очень хотелось побыть одной.

Ангелина, заметив меня, вскочила с места и понеслась следом вдоль ярких клумб.

– Уля, стой! Погоди!

Сестра догнала меня у калитки. Рассерженная и оскорбленная до глубины души, я резко обернулась к Геле и бросила:

– А тебе чего?

– О чем вы с папой говорили? – спросила Геля.

– Тебе какая разница? – удивилась я. Это даже повторять вслух не хотелось – так было гадко. – Наше с отцом дело.

Ангелина внимательно посмотрела мне в лицо, а затем горько усмехнулась:

– Ах, ну конечно! Извините. Куда это я лезу? Ваше с отцом дело!..

– И что ты там плела про меня Мише? – продолжала сердиться я. – Про суперидеальную дочь… При чем тут это?"

"– Папа даже не спросил, как у меня дела, – с обидой в голосе выкрикнула Ангелина.