Ее реакция парализует… Я никогда такого не видела. Не может человек быть таким сволочным… Хотя кому, как не мне знать, что может.

На лице Яны расцветает гримаса ужаса и беспомощности… Теперь она все поняла, все… Ее игра не удалась. Мало того — в скором времени ее подвергнут разоблачению. Позорному, унизительному разоблачению…

— Дря-я-нь! Когда он успел нашпиговать свой дом камерами? Ах, ты ж!"

"Яна берет первый попавшийся под руку тяжелый предмет — разделочную доску, и швыряет в меня. Уклоняюсь от удара и бегу в кабинет. Запираюсь, слыша тяжелые, хаотичные шаги Яны. Она дергает двери, бьет по ним ногами, чертыхается…

— Почему я не могу выйти? Сука, открой мне дверь!

— Варька, не бойся, скоро все закончится, — произношу решительно.

Кладу дочку на диван и двигаю тяжелый стол к проему. Боюсь, что Яну не остановит хрупкая преграда в виде дверного полотна.

— Я убью тебя! Ты всю жизнь мне сломала! Почему ты вернулась? Я всегда любила Сашу… Любила моего Алекса… Всегда… Я готова было от всех избавиться, от каждого…

Варька начинает реветь. Вздрагивает от громких криков и тяжелых шагов. А потом в дверное полотно врезается лезвие кухонного топорика. Он у Алекса довольно большой.

Хватаю дочку на руки и прижимаю к груди. Если ей удастся прорубить в двери дыру, нам конец…

— Саша, миленький, вызывай полицию! Яна ломает дверь… У нее топор!

— Держись, Маруся! Я въехал в поселок, еще пять минут, и я дома. И Вениамин с бригадой едет. У него есть кое-что на отца Яны… Держись, пожалуйста!

Я пытаюсь перекричать Яну. Успокаиваю ее, как могу. В какой-то момент она затихает, а потом что есть силы бьет ногой в поврежденную топором дверь. Еще немного и она будет в кабинете… И стол не поможет… Кошмар просто, почему черная полоса в моей жизни не кончается? За что столько испытаний?

Оседаю на пол, прижимая ребенка, трясусь, как провода на ветру. Скорее бы Саша приехал, господи…

— Яна! Немедленно прекрати! — слышу голос Алекса, доносящийся из коридора. — Вениамин! Сюда, скорее!

— Образцова Яна Андреевна, вы задержаны!

Топот, голоса, визги Яны — все сливается в неразличимый гул… Плачу, видя сквозь пелену слез приближающегося Алекса.

— Все, Машенька. Теперь все…

Глава 40

МАРУСЯ

Мама возится с Варькой, пока я моюсь в ванной. Сдираю с себя липкий ужас и события дня… Надоело мне быть слабой, хватит уже… Может, на курсы по самообороне записаться?

Ловлю себя на мысли, что стала другой за этот месяц… Совершенно другой… Во мне что-то окончательно сломалось — вера в людей, желание им помогать, понять… Перегорело все… даже страшно становится от заполняющей меня пустоты…

— Марусь, ты скоро? — стучится в двери Саша.

Неловко мне рядом с ним, некомфортно… Наши чувства остались в прошлом, а будущее… Я боюсь о нем думать.