А потом понял, просто почувствовал — Марина не спит. И не ошибся. Когда позвал её поговорить, она прошептала: «Сейчас спущусь».

Честно, я знать не знал, да вообще не имел ни малейшего понятия, о чем нам разговаривать. Отношения выяснять — вообще не мое, не люблю, не хочу и не умею. Но я очень сильно, прямо до отчаяния, не хотел, чтобы она куда-то уезжала.

Марина спустилась минут через пять. В коротеньком шелковом халате, едва прихваченном поясом. С распущенными, чуть спутанными волосами. Правда, у неё самой сна — ни в одном глазу. Присела в соседнее кресло.

Халатик сверху топорщился и расходился в стороны, слегка оголяя ее грудь, и мне стоило неимоверных усилий не смотреть туда, в этот манящий вырез.

— Тимур, — тихо произнесла она полувопросительно.

— Ты серьезно собралась уезжать? — оборвав её, перешел я сразу к главному.

— Да.

— Куда?

— В Зареченск, к родителям.

— С чего бы вдруг? Ты туда даже не собиралась!

— Почему? Я давно подумывала.

— Ты даже ни о чем таком не говорила.

— Ну, мы вообще с тобой мало о чём говорили. Особенно в последнее время, — прозвучало как будто с упреком.

"

"Только в чем упрек — я не понимал. Что не так-то? Я поднялся с кресла, прошёл назад, к окну. Нервы ни к черту. Не получалось даже спокойно сидеть на месте.

— Зачем тебе уезжать? — чуть громче спросил я, глядя на её затылок. — Почему именно сейчас?

— Потому что сейчас как раз отпуск, самое время.

— Так ты только на две недели? А потом вернешься?

Марина оглянулась на секунду, пожала плечами.

Я всегда прекрасно видел, когда люди колебались, интуитивно ощущал, на какие точки надо давить, чтобы сломать сопротивление, чтобы было всё по-моему, но сейчас, хоть убей, не понимал Марину.

Она казалась чем-то разочарованной или недовольной, не знаю. Но чем, черт побери? Два дня назад она порхала от счастья, а что теперь? Я её не трогал, не обижал, слово держу. Чего ещё?

— Ну, в Иркутск — скорее всего вернусь, — ответила она. — Но не сюда. Подыщу другое жилье.

Адски хотелось закурить, но с тех пор, как здесь поселились Марина с Олей, дома я не курил.

— А чем тебе это не угодило? — я снова вернулся в кресло, придвинув его к ней поближе. — Ты можешь жить здесь сколько влезет, хоть вообще всегда…

— Спасибо, но я не могу так, — качнула она головой.

— Как — так? — начал раздражаться я.

— Я не хочу мешать твоей личной жизни.

— Чего? — Вот такого заявления я точно не ожидал. — Что ты имеешь в виду?

— Тимур, я же всё понимаю. Тебе нужно… ну, тебе нужна личная жизнь, а тут я… мы. И тебе приходится на ночь куда-то уходить…

— Что за бред? Ты когда это придумала?

Я подметил, как порозовели её скулы.

— Ты решила, что я ухожу потрахаться? — искренне изумился я.