Слетаем на пару-дней, наведем шороху, посоревнуемся в остроумии и благополучно разъедемся. Далеко настолько, чтобы не видеться еще полгода минимум. Тяну губы в улыбке, интересуясь:

– Надеюсь, это все… кхм, “хорошие” новости?

– Да. Ой, прости, нет! Забыла уточнить: с собой необходимо взять документы и вещи. М-м, на месяц.

Что? Что она сейчас сказала? Вещи на…

– Месяц?! – у меня тут же падают нос, душа и вера в светлое будущее. – Вы издеваетесь?! Это же аж до середины ию…

– Цыц, – пригвождает взглядом к месту Людоедовна.

– Вы не понимаете! У меня скоро с…

– Если у тебя есть какие-то претензии, Стефания, то ты вольна пойти к генеральным и самолично им их предъявить. Но, думаю, вряд ли Роману Викторовичу и Демьяну Романовичу понравится твой возмущенный демарш.

Тыдыщь.

Я снова затыкаюсь.

Стерва бьет прямо по-больному, зная, что я в жизни не решусь пойти жаловаться на Сергея и его решения Роме или Демьяну. Первый, в свое время, сильно помог мне с универом за границей, который мой балбес братец не смог оплачивать. Второй просто проявил сострадание, позволив никому не известной двадцатитрехлетней девчонке работать на их фирме старшим дизайнером. Да. Пойти и пожаловаться Бурменцеву и Нагорному-старшему я не могу. А вот надавать по голове младшему Нагорному очень даже. Аж руки чешутся!

Ар-р-р!

– Едем дальше, – посчитав вопрос исчерпанным, меняет тему Людвига. – Что у нас с новой коллекцией купальников? Эскизы еще вчера должны были появиться у меня на столе…

Мне не остается ничего, кроме как упасть задницей обратно на стул. Приплыли! Наш корабль любви с Федором причалил, даже не успев отбыть от пристани.

Он будет в бешенстве. Федя. Мы ждали этого дня год. Двенадцать месяцев! То у него командировка, то у меня нет настроения идти под венец. То очередь в ЗАГСе, то невероятно важный экономический форум в ОАЭ, который мой Федор “никак не может пропустить”. Только нам удалось выбрать день, и на тебе! Опять засада. Такими темпами я останусь старой девой, ни разу не выскочившей замуж. А все из-за этого… наглого Серого.

Нет, ну серьезно, почему я?"

"Утренняя планерка заканчивается раньше, чем обычно. Людвига Львовна, сгребая свои многочисленные папки, первой покидает конференц-зал. Убегает буквально. Боится, что я брошусь ее догонять и умолять? Признаю, были такие мысли. Пока их не задушила гордость. Кроме моих унижений и взлетевшего эго Людоедовны – толку от этого разговора не будет.

За Львовной хвостом тянутся коллеги. Я выхожу в числе последних. Уныло тащу ноги к своему рабочему столу, в кабинете припадая пятой точкой к столешнице. Атас! Сваливаю на рабочий стол эскизы летней коллекции платьев и хватаюсь за телефон. Кручу его в руках. Нужно позвонить Феде и сообщить “радостную новость”.