Сегодня утром мы установили личный рекорд по скорости обоюдной разрядки.

Утренний секс вообще оказался особенно “вкусным”, диким и резвым. Никакой нежности и тягучести, только тугой клубок из рук, ног и тел. Уф! Пожалуй, теперь это мое любимое время дня для грехопадения.

– Выспалась, Карамелька?

– После того, как ты дал мне подремать всего два часа?

– Целых два.

– Не понимаю, как ты еще на ногах держишься.

– Сам в шоке, но сна ни в одном глазу, – обнимает меня со спины Сережа, все время норовя задрать подол моего сарафана. Я извиваюсь, уворачиваюсь и отбегаю. Нагорный снова меня догоняет и зажимает в тисках своих объятий.

И так по кругу. Уже полчаса, что я пытаюсь умыться и собраться. Руки и так дрожат от недосыпа, а все конечности, что ниже пояса, с трудом двигаются. А тут еще провокация за провокацией. Соблазнительный гад!

– Сережа! – смеюсь. – Я так никогда не соберусь! Ты меня отвлекаешь!

– А надо, – ухмыляется, прикусывая меня за мочку уха. – В два часа у нас рабочая встреча. Опаздывать нельзя.

– А то что? – щурюсь я.

– Как твой непосредственный руководитель – накажу.

– М-да? – прикусываю губу, томно вздыхая.

 – А долго будешь наказывать?

– Очень! Во всех возможных позах. И на всех возможных поверхностях.

– Тогда я, пожалуй, не буду торопиться.

Сережа смеется.

Я поправляю собранную косу и тянусь в сумочку за косметичкой. Вздрагиваю:

– Да Сережа! – смеюсь, убирая мужские ладони со своей попы. – У тебя какой-то пунктик на задницах? – бросаю взгляд на отражение парня в зеркале. – Ты ее уже всю излапал!

– На одной, – прилетает мне легкий шлепок по ягодице. – Блть, Карамелька, она же идеальная, что на вид, что на ощупь, – демонстративно щупает.

– Нет, так мы точно никуда не уедем!

– Ладно, все, не трогаю, – поднимает руки, отступая.

Послушно ждет, пока я слегка подкрашиваю губы и глаза и скидываю все обратно в сумочку. Оставляем беспорядок в спальне, где мы тоже “испробовали” ночью почти все доступные горизонтальные и вертикальные поверхности, и спускаемся на террасу. Там нас уже ждет готовый сытный завтрак. Когда и кто успел сервировать стол, не представляю. Но от вида румяных сырничков и фруктовой тарелки рот наполняется слюной. А когда нос улавливает аромат свежесваренного кофе, глаза закатываются от удовольствия.

– Ты слышал, чтобы кто-нибудь заходил в усадьбу? – спрашиваю я, присаживаясь на галантно отодвинутый для меня Сережей стул. – Это же явно кто-то принес.

– Я нет, не слышал. Но тот, кто заходил, нас слышал точно, – улыбается Нагорный, усаживаясь напротив.

Меня кидает в краску.

– Думаешь? – шепчу испуганно.

– Уверен.

– Господи, позор какой!

– Я думаю, люди, которые сдают это место, понимают, что парочки сюда приезжают не в карты на конфетки играть, Карамелька.