Все-таки сволочь этот Хасанов! Сам недвусмысленно дает понять, что хочет секса, и так же недвусмысленно бортует меня! Надеюсь, ему спалось так же плохо как мне!"

"Одеваюсь в легкое льняное платье цвета оливок, оно оттеняет цвет глаз и отлично подчеркивает фигуру, и я остаюсь довольна своим внешним видом. Хотя бы что-то радует, потому что наглая невозмутимая морда Хасанова только бесит своей многозначительностью. Он смотрит на меня так, будто знает какой-то секрет, а я намеренно игнорирую его эту хитрую улыбочку, мол не играю в его игры.

Хотя признаться честно, я все же задерживаюсь взглядом на его мощной фигуре, когда мы втроем входим в лифт. На моем бывшем муже сегодня песочного цвета брюки и белая рубашка, расстегнутая на груди в аккурат до виднеющейся в вырезе цепочки. Чертов идеал — сказала бы моя горе подруга. И думаю, она была бы права.

— Мам, а мы пойдем в барбершоп? — Сережа дергает мою руку и вопросительно заглядывает в глаза, а я непонимающе хмурюсь и смотрю на Армана.

Тот загадочно улыбается, и я опускаю взгляд на сына.

— Я думаю, дядя Арман проводит нас, если мы его вежливо попросим.

— Дааа! — Сережа подпрыгивает и мне едва удается угомонить его, потому что лифт прибывает на нужный этаж, и мы выходим.

— Я знаю неплохой салон неподалеку, сначала туда? — Хасанов крепче сжимает ручонку сына, обращаясь ко мне. — А потом можем рвануть на Марн-Ла-Вале на машине.

— Куда? — цепочка плетеной сумочки так и норовит соскользнуть с плеча, и я поправляю ее, пытаясь удержать шагающего вприпрыжку сына. На каблуках это сделать не так просто.

— Пригород столицы. Там пункт нашего назначения, — Арман намеренно не произносит вслух название, потому что тогда Серега точно завизжит от радости, и я уже не смогу с ним справиться.

— В таком случае предлагаю купить сумку переноску для маленьких буйных зверят и отправиться туда спокойными, что никто не вывихнет наши руки! — многозначительно смотрю на сына, и тот смеется, но пыл умеряет. Арман ухмыляется и в ответ на Сережин взгляд пожимает плечами, мол мама права.

В парикмахерской нас принимают без проблем, и я объясняю мастеру, какую стрижку хотела бы для сына, не без помощи наглого переводчика, который уверена все мои слова перекроил на свой манер.

Парикмахер колдует над сыном, а мы с Арманом занимаем свободные места на черном кожаном диванчике. Беру в руки журнал и утыкаюсь в страницы, а над ухом будто голос змея искусителя звучит хрипловатый баритон.

— Как спалось?

Резко перелистываю страницу стискивая зубы и слышу улыбку этого гада. Снова он все прочел между строк.

— Издеваться любишь? — снова листаю рваным движением, выдаю свое дурное настроение.