Я долго тренировалась, чтобы появляться в кабинете эффектно.

Ведь то, как ты подаешь себя, определяет и отношение к тебе со стороны студентов. Здесь как в джунглях. Прайд прислушивается только к вожаку. А так как у трибуны стою я – значит, я и есть тот лидер, который ведет за собой ребят.

Каждого знаю по имени и фамилии. В аудитории все разные. Есть те, кто сидят на первых партах, заточенные на учебу ребята, этакие зубрилы, которые могут поймать тебя, если ты не достаточно осведомлен о предмете.

Есть нечто наподобие столичных мажоров, у которых родители проплатили, так сказать. Но местные сынки олигархов все же калибром уступают тому контингенту, с которым я встречалась в столице, пока сама училась.

Подобные личности сидят на галерке и часто предпочитают проспаться на лекциях."

"Но. Не на моих. С первого дня я ввела особый порядок. Заставила слышать себя и привлекла к учебе даже тех, кто всегда был не у дел.

На моих парах легко, непринужденно, бывает, что весело, потому что я всегда разряжаю обстановку примерами, иногда даже курьезными, благо предмет позволяет широкий охват тем.

Поэтому сейчас, когда я вхожу в аудиторию, абсолютно все студенты поднимаются, а мои плохиши с галерки сразу же кричат.

– Яна Владимировна, а мы уже знаем, что вы выиграли грант! – кричит парень с косой челкой, а я улыбаюсь ему в ответ.

Помню, как вытаскивала его из кабинета местной полиции. Так получилось, что Симонов подрался и его завернули. Об этом я узнала от студентов. Они слишком яро обсуждали случай и до меня долетело, что он девушку защитил от богатого гопника, а у гопоты папочка напрягся, позвонил кому надо и мой не самый лучший и успевающий студент Симонов попал под внимание.

После пар пришло извещение в вуз на кафедру с требованием предоставить характеристику студента, и если тот же Семен Павлович лишь пожал плечами, то я после пар собралась и направилась прямиком в отделение полиции.

Дождалась своей очереди и отправилась в кабинет уполномоченного, не знаю, каким чудом, но тогда мне удалось выцарапать мальчишку.

– Яна Владимировна, так и быть, я пойду на уступки такой красивой и обворожительной женщине… Но впредь доведите до ума своего парнишки, что в следующий раз – сгною на нарах…

Кивнула полному мужчине в форме, постаралась не обращать внимания на его цепкий и похотливый взгляд, а убедившись, что Симонова освобождают, ушла. Не дожидаясь студента своего.

Но Федор сам подошел ко мне на следующий день, дорогу преградил, смотрел из-под длинноватой челки, насупленный и руки в карманы засунуты.

Словно не с благодарностью пришел, а на разборки, как минимум.

– Слушаю вас, Симонов, – приподнимаю бровь, а сама плотнее бумаги к груди прижимаю. Коридор вдруг каким-то пустым кажется, а мальчишка выше меня на полголовы.