— Кто тебя на поле выпустил, чума!

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Похоже, мои слова пронеслись мимо ушей, заткнутых белыми каплями. Касаюсь пальцем кнопок на экране и на блоке. Подпираю ладонями подбородок и гипнотизирую Фрола. Прошло десять дней, как мы вернулись из Новгорода. Я вернулась на работу, Фрол приступил к тренировкам. По его настоянию я больше не выхожу в ночные смены. Он отвозит меня в клинику и едет на стадион, мотается по встречам. Вечером мы вместе возвращаемся домой.

— Такой пас отдать... — Фрол садится на диване и наконец замечает мой взгляд.

Он выключает матч и вытаскивает наушники.

— Готова, матушка?

— Готова.

Я встаю из-за стола и забираюсь к Фролу на колени.

— Устала? — он касается губами моего виска. Его ладонь пробирается под хирургическую робу и проходится по моей спине. — Девочка моя сладкая, трудяжка такая!

— Я скучала по тебе, — шепчу ему на ухо. — И никакая усталость на свете меня сейчас не остановит.

— А дверь закрыта? — хитро смотрит он на меня.

— Да, — стягиваю с него свитер.

— Хочешь подоминировать сегодня, что ли? — облизывает он свои идеально прорисованные Создателем губы.

— С тобой это невозможно, но я попробую.

Через полчаса раскрасневшиеся и влюблённые друг в друга, как в первый день, мы спускаемся во двор и садимся в джип. За рулём сегодня я. Фрол счищает щёткой снег. Звоню Марусе.

— Привет, Солнышко! Мы с папой сели в машинку и едем домой, — настраиваю подогрев сидений.

— А мы с Анной Ванной пришли с прогулки. Дай папе трубку! — Властные нотки в голосе Маруси появились, как только она обрела отца. Теперь она всё больше копирует его.

— Отчитал. И он не мой, — поправляю дочь. — Никита взрослый человек. Тем более больной. Чем он тебе не угодил?

— Ха! Не твой! А кто притащил его в дом?

Так и вижу, как её голова склоняется к плечу.

— Маруся, — строго одёргиваю я дочь.

— Он сказал кому-то по телефону, что увезёт тебя в Данию!

— Не бойся, не увезёт. А ты что возле него делала?

— Не возле него. Я пришла позвать Руслана ужинать, а Никита по телевизору говорил.

— Интересно, — с укоризной смотрю на Фрола в проёме двери, смахивающего снег с куртки.

— Да-а, — восторженно тянет Маруся. — У него с папой весь дом, как на ладошках. И баня, и конюшня, и двор. Ой, а Руслан меня сегодня кота учил рисовать! Сначала не получалось. Но мы потом Мурзика изловили. Руслан мне прямо на нём объяснил, что такое… Слово мудрёное… Порции. Нет!

— Пропорции.

— Они. Руслан сказал, что вообще-то у меня талант. Могу в «художку» спокойно, когда вырасту, поступать.