Маруся недовольно восклицает:

— Пап, ну это же ловушка для Мышиного короля! Чтобы он не превратил Руслана в Щелкунчика.

— После того, как ты превратила его в боевого слона, ему уже ничего не страшно!

— И ничего не в слона! — хохочет Маруся. — Рус — ездовой пёс! Мы едем в страну Снежной Королевы спасать Кая и Герду. Где ты видел слонов на севере?

— Да, где такое видел? — поддакивает Руслан, снимая Марусю с плеч. — Но, думаю, ты подал их высочеству прекрасную идею. Маруськин, привал!

— Руся и Маруся, блин! Спасибо, Маргош, — Фрол касается губами моего виска и утирает мокрую ладонь бордовой накрахмаленной до хруста салфеткой.

— Ладно, давайте мировую.

Мы собираемся вокруг маленького столика с фруктами и веселящими душу напитками. Руслан открывает лимонад для Маруси, а Фрол шипучку для тех, кто постарше.

— Через час уже народ привалит, — Фрол поджимает губы, выкручивает пробку из бутылки и наполняет бокалы. — Поэтому я хочу сейчас при тебе Рус, попросить прощения у Марго и Маруси. Девчонки мои, сам Господь вновь послал нас друг другу. Простите, что я так долго шёл к вам. Но клянусь до конца своих дней быть вам мужем, отцом и защитником.

Не умею говорить долго и красиво… Марго, выходи за меня!

Фрол опускается на колено и достаёт из кармана кольцо с дорожкой из сияющих камушков. Мои пальцы дрожат, я оглаживаю огненно-рыжий шёлк платья. Комок подкатывает к горлу, не могу и слова вымолвить. Взгляды трёх пар глаз удивлённо скользят по мне.

— Перевожу, — Маруся берёт меня за запястье и протягивает мою руку отцу, — Рита согласна.

— Маруськин, я хочу услышать это от мамы, — подмигивает дочке Фрол. — Ваше величество, что скажете?

Маруся отпускает мою руку, и я прячу её за спину.

— У меня сложный характер, — леплю я несусветную глупость.

— Это я понял, — глаза Фрола смеются, но лицо серьёзно как никогда.

— Я дико ревнива, — голос срывается, и пальцы сжимаются в кулаки.

— Ого!

Вспоминаю пару вёдер пролитых слёз над фотографиями в Инстаграм — Фролушка с бывшими подружками. Собираюсь с духом и выдаю:

— Знай, я убью тебя, если ты дашь мне повод усомниться в твоей верности!

— Не дам, — крестится Фрол. — Правило селёдки и тирамису в действии, моя королева.

Улыбаюсь. А ведь тогда в бане мне и правда не пришло в голову ревновать Фрола.

Что за цирк я устраиваю? Протягиваю ему руку. Дрожь в пальцах не проходит.

— Я согласна!

* * *— Средь шумного бала прекрасная Рита снизошла до несчастного пациента палаты номер шесть, — велеречиво приветствует меня Никита, указывая на кресло возле своего ложа с рычагами для регулирования высоты и наклона. Под капризным пациентом   жужжит матрас — работает один из шести массажных режимов для профилактики пролежней.

— Ты под сироту-то не молоти, — я немного запыхалась после танцев.