И вдруг голос бархатистый за моей спиной: «Ну что, зятёк, застыл, как статуй?» Поворачиваюсь. Марго, сложив руки на груди, вся в красном, как палач, стоит и улыбается. А тут ты подходишь и мне пальцы девушки в ладонь вкладываешь. Пот струится по спине, поднимаю покрывало с лица… Или как ее там? Фату! Маруся! Только взрослая совсем. Красивая! Я аж забыл, как дышать. Сел на кровати. Не соображаю ничего. Рядом две девки дрыхнут, за окном метет. Глянул на часы и пулей в душ. Оделся, на цыпочках к дверям. Одна мне вслед, мол, куда я так рано? А мне стыдно, будто жене, которой и в помине нет, изменил.

«У меня семья, красотульки», — воздушный поцелуй послал и бегом к вам.

— Зятёк! — давлюсь от смеха и утираю слёзы. — Трындец, Рус! Залип ты на Маруськина!

Руслан краснеет, как рак, но тоже не может удержаться. Ржём, как кони.

— Вот я и подумал, — успокаивается он. — Правы были наши предки, выдавая замуж девушек за мужчин солидных, уже поживших.

Я стараюсь сделать серьёзное лицо, но снова срываюсь на смех:

— Ты у меня уже руки, что ли, просишь?

— Да ну тебя! — пинает меня Руслан носком ноги по кроссовку.

— Сам запудрил мне мозги вчера! А я вот подумал. Может, и правда подождать Марусю. Вырастет на глазах. Мы уж вдвоём сможем её уберечь от гадости всякой.

— Сможем, Рус, сможем. И если ты благодаря Маруське меньше по бабам шляться будешь, я только за. А теперь не томи. Расскажи в двух словах, про что в вертолёте трёп за стеной был. Что там наш ветеринар затеял?

Руслан сразу стал серьёзным:

— О-о, ветеринар — перец коварный. Бьёт прямой наводкой по Маргошиному чсв[1]. А оно у неё не хилое такое. Поехали, говорит, в Данию.

Будем там в лаборатории на Нобелевскую премию зарабатывать.

— Херасе! А Марго чего? — теперь я заёрзал на подоконнике.

— Я же не просто так селфи попросил ей отправить. — Коварная улыбка Руслану к лицу. — Девочка моментом протрезвела и послала Никитоса подальше.

— Это хорошо. Но, похоже, ты был прав недавно ещё кое в чём. Нужно ей клинику свою покупать. Пусть развлекается.

— Купи. Рита от тебя без ума. Никиту вывела будь здоров своими признаниями. Прикинь, говорит, ты полюбишь Фрола, — хмыкает Руслан. — Никитос даже напрягся о сохранении своей ориентации.

Козёл! И жди войны. Никита копать под тебя будет. Так что, не выключай камеры в доме двадцать четыре часа с этого дня.

* * *Рита"

"— Фролушка, я закончила! — Закрываю окно рабочей программы и потягиваюсь. — Оттрубила последнюю смену в этом году.

Горюшко едва умещается в полный рост на диване, на котором мы почти год проспали с Марусей. Теперь нет нужды брать дочь с собой на работу. У неё целая свита в отцовском тереме.

— Давай, пинай его к воротам! — кричит Фрол в экран.