— Никогда, Иван Петрович, ты слышишь, никогда, спецгруппа Горохова не была на подхвате.

Шеф демонстративно развернулся:

— Везите нас в аэропорт обратно. Нам здесь делать нечего, — и процедил сквозь зубы: — Пацанов нашли, встали по свистку да вылетели, как же.

— Ну, вы можете хоть на труп взглянуть, — виновато улыбался Огурцов. — Раз уж прилетели. Мы почти пришли.

— Нет, — отрезал Горохов, чиркая зажигалкой и прикуривая вторую сигарету подряд."

"— Вообще-то, Никита Егорович, есть приказ, — колобок отступил на всякий случай на пару шагов от Горохова, но говорил твердо. — Который обязывает вас оказывать нам содействие.

Улыбка не сходила с его лица, но и отступать местный следователь не собирался. Горохов прищурил один глаз, прикрыв его то ли от дыма, то ли от злости и, не вынимая из зубов сигарету, процедил:

— Пошли, посмотрим труп. Парень так-то не виноват, что вы такие умные здесь собрались.

— Вот и славненько, — колобок «покатился» по тропинке в глубь чащи, откуда несло сыростью и тленом.

— Но мы здесь долго не задержимся, — бросил ему в спину Никита Егорович, сотрясая зажатой в кулаке сигаретой. — У нас и без того дел хватает…

Глава 3

Мы прошли «козьими» тропами еще метров сто и оказались в сырой ложбине, склоны которой поросли коряжистым лесом с живой изгородью из кустов. Лучи солнца пытались пробиться сквозь деревья, но увязли в раскидистых кронах.

— Будто сумерки наступили, — Погодин тревожно огляделся. — Гиблое местечко.

— И зябко, — добавила Света, поежившись.

— Весна нынче ранняя у нас, — ответил Огурцов. — Тепло. А здесь всегда прохладно, даже летом.

Он снял пиджак и хотел протянуть его Свете. Шустрый малый! Только я его опередил и накинул на плечи девушки свою «шкурку» от «Большевички».

Костюмчик на мне не такой мешковатый, как на колобке. Почти франтовый, ведь купил я его уже после того, когда фабрика заключила контракт с буржуинами и стала использовать западные лекала, заточенные не под телеса камрадов, а под мусьё более благородных. И ярлычок на пиджаке соответствующий имелся: «МПТШО Большевичка. Сделано в СССР по лицензии фирмы Вестра Юнион СА, Франция».

Протопали по дну ложбины и свернули за поворот. Картина маслом. На земле распростерто тело подростка. Вокруг загорают милиционеры, человек в гражданке с фотокамерой и громоздкой фотовспышкой (явно местный криминалист), пожилой сухонький мужичок в вязаной «бабушкиной» жилетке (похож на судмеда) и прокурорский работник в синей «летной» форме с петлицами советника юстиции.

Вся братия давно скучала. Жевала травинки, сшибала щелчками жучков и смолила сигареты. Оно и понятно. Время к вечеру, а оперативно-следственная группа с утра нас тут дожидается.