— Сварить тебе кофе? — мягко предложила я и привстала, придерживая на плечах рубашку, чтобы не свалилась. — Мне не сложно и я вкусно варю, — я улыбнулась. — Давай?"

"— Спасибо, ласточка, — Андрей нехотя меня отпустил, улавливая подспудный страх.

Во время готовки я тихо давилась слезами, чтобы он не услышал. Злость Андрея привела меня в ужас. Перед мужской агрессией я давно ощущаю себя беззащитной. В комнате было тихо, затем скрипнула дверь на балкон. Потянуло дымом. Когда Андрей появился на кухне, уже выглядел, как обычно.

— Прости, я потерял контроль. Больше этого не повторится.

Я кивнула, улыбнулась. Постепенно напряжение ослабло: Андрей выглядел виноватым и пытался загладить неприятное впечатление. Мы выпили кофе, я ушла в туалет и заперлась там. При Андрее звонить не хочу — снова взбесится. И правды он мне не скажет: он только начал мной наслаждаться.

В истории с женой Ивана меня смущали далеко не деньги. Андрей и Эмиль задавали ей одинаковые вопросы, которые обычно мужчины не задают. Какое им дело до алиментов на чужого ребенка?

Я села на унитаз и набрала номер. Алексей Юрьевич ответил спустя несколько гудков, маскируя сонливость в голосе.

— Скажите кое-что, только ничего не спрашивайте, — попросила я. — Если отец не признает ребенка, а я хочу подать на алименты, как будут устанавливать в суде отцовство? Через анализ ДНК?

Глава 22

— Да, — юрист коротко описал процедуру.

Она напоминала ту, через которую прошли мы. Образец отца и ребенка сравнивают и выдают вердикт — есть родство или нет. Может быть, за это заплатил Эмиль жене Ивана? Взял у их сына образец со внутренней стороны щеки, пока играл с ним?

Когда мы сдавали материал для опознания, у нас его брал специально обученный человек, но это можно сделать самостоятельно.

Я поблагодарила юриста и отключилась.

Какое-то время сидела в туалете, покусывая пальцы. Подергивала ногой, нервничая, и никак не могла успокоиться. Образец из морга действительно не могли подменить — слишком серьезные меры предосторожности. Заведующая лабораторией добросовестно выполнила работу. Но образец ребенка так не охраняли. Что если подкупленный работник подменил стекла детей? И когда возили стекла на пересмотр — результат был тот же, потому что это действительно отец и сын.

Я выдохнула, запуская дрожащие пальцы в волосы.

Но тогда это значит, что… Я никак не могла мысленно переключиться на новую версию. Казалось кощунственным на месте Эмиля представлять Ивана. Я привыкла, что мой муж был в клубе, потому что в противном случае…

Там был Иван. А Эмиль остался на парковке.

Такая сладкая версия. Я крепко зажмурилась, по лицу потекли очень горячие, горькие слезы. Не знаю, где правда, где ложь.