Дарья представляла, как это — держать на кончиках пальцев чью-то жизнь, таким лёгким движением сдерживать смертоносный лёгкий снаряд. Конечно, у неё впереди была лишь бумажная мишень, но в волнующей близости Сазонова воображение работало с утроенной силой.

Обратно ехали почти в полном молчании. Им не нужны были слова, потому что оба знали, что страсть, сдерживаемая в стенах тира, скоро найдёт выход. Предвкушение было сладостным, а близость — взрывной. Морозова отдавалась самозабвенно, не сдерживая криков, наплевав на то, о чём подумают соседи. Хотя, о чём ещё тут можно было подумать?

Она позволяла ему такое, отчего потом ещё долго при воспоминаниях будет хотеться опустить лицо в ледяную воду. Дарья наслаждалась и позволяла наслаждаться собой. Она училась понимать и принимать желания своего тела, а ещё ей хотелось научиться понимать желания его тела. Ну, кое-что очевидное, она конечно понимала, но готова была учиться и большему.

Дыхание тоже потом восстанавливали долго.

— Завтра первая пара, ты же не выспишься, — Дарья провела пальцем вдоль пера на груди Кирилла.

— Досплю на экологии, — усмехнулся он.

— Только попробуй, — девушка игриво стукнула кулачком парня в плечо. — Твой куратор слишком строгий для подобных вольностей на его предмете.

У Сазонова пиликнул телефон. Он посмотрел на экран и нахмурился.

— Минуту. Это Костик.

Кирилл встал с кровати и ответил на сообщение. Но в ответ снова прозвучал сигнал входящего сообщения, от которого лицо Кирилла потемнело, что не укрылось от Морозовой.

— Что-то случилось? — забеспокоилась девушка.

— Да нет. Всё решаемо. Это по соревнованиям.

Но Дарья чувствовала его напряжение, которое так и не отпустило. Сазонов ещё какое-то время пробыл у неё, а потом, отказавшись от чая, сослался на то, что действительно хочет выспаться. Уходя, он приник к Дарье крепким, страстным поцелуем, но что-то всё равно беспокоило, скреблось на душе дурным предчувствием. И сама Морозова, как ни старалась, ещё долго не могла уснуть.

70

Утром Дарья чувствовала смутную тревогу. Она скреблась где-то очень глубоко, заставляя всё время зависать в мыслях. Вчера ведь был замечательный день. Своему брату Кирилл представил её как свою девушку, познакомил с семейным бизнесом. А то время, что они провели в лучном тире, вообще можно назвать волшебным. Но что-то было не так. Она чувствовала, ощущала своим трепещущим женским сердцем, пытаясь прогнать из памяти страстный, но будто чужой поцелуй на прощание."

"Что же такого ему написал Левищев? Чем вызвал беспокойство, которое Кирилл попытался скрыть от неё?

Морозова глянула на часы и ужаснулась. Было уже почти двадцать минут восьмого! Она точно опоздает. У неё же первая пара! Девушка быстро набросила куртку, схватила сумку и выбежала из дома.