Сейчас его глаза кажутся чернее ночи. Непроницаемые и холодные. Но я помню их серьезными, теплого коньячного цвета. И ресницы длинные и густые, как у девчонки. И красивая открытая улыбка, совсем мальчишечья.

— Я боюсь высоты, – заявляю со всей серьезностью. И он отчего-то смеется.

— Не бойся, красавица, со мной не упадешь. Ну же!

Довериться странному незнакомцу и рвануть в неизвестность? Я фыркаю, чувствуя, что в жизни не совершала большей глупости, и вкладываю свою ладонь в его.

Дорожный серпантин опускает нас к подножию скал, ровной лентой шоссе уводит все дальше и дальше от города.

Незнакомец, оказавшийся Димой, ведет машину, не забывая рассказывать мне о том или ином месте, которое мы проезжаем. Я смотрю за окно, вдыхая аромат моря, рассматриваю вычурные домики или виноградники, ускользающие за горизонт, и не чувствую ничего, кроме необъяснимой легкости. Как будто все-таки прыгнула с той площадки, покорилась зову высоты и теперь парю, не думая, что будет больно падать. Это будет потом, а сейчас мне хорошо и умиротворенно. И сквозь полудрему убаюканная мелодичным голосом Димы я не замечаю, как мы подъезжаем к огромному зеленому лугу, пестрящему множеством куполов воздушных шаров.

— Полетаем, значит? — спрашиваю, не скрывая восторга. И Дима улыбается мне, и в его собственных глазах отражается веселье.

— Идем, — приглашает он, раскрывая дверцу и подавая руку. Я снова вкладываю свою ладонь в его, и странное тепло разливается по телу. И я, молча, иду следом, не выпуская его руки.

Диму приветствуют так, будто его тут сто лет не видели, но всегда очень рады. По-свойски, одним словом. Ненадолго он оставляет меня одну, разговаривает с невысокой девушкой, та машет в сторону черного купола шара.

Дима кивает, возвращается ко мне. И мы лавируем между радужными куполами, пока не подходим к нужному. Высокий молодой мужчина встречает нас открытой улыбкой и веселым свистом.

— Наш пилот, — поясняет Дима, — Игорь.

— Какие люди и без охраны, — протягивает Игорь, выбираясь из гондолы. — Да еще и с прекрасной леди. Позвольте представиться, — он щелкает несуществующими каблуками, галантно кланяется, не пряча лучезарной улыбки.

А я едва сдерживаю смех. — Игорь Грозовский, пилот высшей категории и по совместительству брат этого засранца, — и прикладывается губами к моей руке. Дима беззвучно хохочет за спиной Игоря, а я манерно отвечаю, чуть склонив голову. И все-таки прыскаю со смеху.

— Хорош паясничать, Гарик, — легко толкает брата в плечо мой спутник.

— Как погода на Алтае, Димыч? — после братских объятий спрашивает пилот нашего воздушного шара.

— Снежно, но тихо, — отвечает Дима серьезно, и не о погоде вовсе.