Повинуясь этому чужому и бесконтрольному, я с гордостью выпалила:

– Вы не смеете надо мной смеяться, простолюдинки! Я теперь важная особа и занимаю очень высокое положение в обществе.

Совершенно не собиралась говорить ничего подобного.

Наоборот, я хотела не высовываться, тихонько осмотреться, и понять, что вообще происходит.

Мое самодовольное заявление, разумеется, было встречено дружным взрывом хохота других доярок, а Липа Шиппи, которая следовала за нами, тут же заявила:

– Раз ты у нас теперь такая важная особа, то будешь доить не Снежинку, а Беску!

– Правильно, Беска с Финьки всю спесь собьет, чтоб нос не задирала! – поддержали другие доярки, неодобрительно глядя на меня.

Коровник был огромным помещением с высоченным потолком. Впрочем, здесь содержались не только коровы, но и свиньи. В самом конце было в кучу свалено сено, которое в этот момент ворошили и собирали в большие стога батраки.

В качестве наемных хозяйственных рабочих в основном на ферме Паперрино работали молодые парни. Мое появление в помпезном сатиновом наряде было встречено продолжительным свистом, и не менее ехидными насмешками.

– А вот и наша баранесса!

– Эй, Финька, тебе эта блескучая тряпочка кой-где не жмет?

– Финька у нас нынче баронова дочка, генеральша! А ну замолчите, иначе прискачет ее муженек, да живо своим алым мечом вам языки укоротит!

– А где ж он, Алый генерал? Что-то нет его, а Финька тут – явилась коров за титьки дергать!

– Видать, не больно-то генерал в нашу Финьку втюхался, раз обратно на ферму сослал!

– У Алого там, поди, в городе настоящая генеральша есть, по его породе. Не то, что наша рябая!

Что-то чужеродное во мне живо отреагировало, и я зашлась в крике.

– Эдриан меня любит, муж от меня без ума! Я видела самого императора Валериана! Меня приняли в высшем свете! А вы все никто! Заткните немедленно свои поганые рты!

Разумеется, такая истерическая и высокомерная реакция спровоцировала новый град насмешек – мол, коли генерал тебя любит, что ж ты не на балу, а в коровнике прохлаждаешься?

Я постаралась взять свою волю в кулак и вспомнить, что мне сказал Сэй Дзен.

Он сказал, что я должна вернуть контроль над своим телом и отделить свою личность от личности Фионы.

Что я должна вспомнить, как меня звали в моем мире.

О, теперь я понимала, что он имел ввиду!

В гомоне неодобрительных и насмешливых голосов я никак не могла сосредоточиться и нащупать эту точку контроля.

Бойкие на язык девки и парни долго бы еще соревновались в остроумии на мой счет, если б Липа Шиппи не велела живо приступать к дойке.

Обычно Фиона доила Снежину – спокойную буренку молочного окраса. Но Чичи уже присела рядом с ней на маленький стульчик, с превосходством зыркнув в мою сторону.