Какого цвета у нее соски? Розовые? Коричневые? Уже не помню, а память стоит освежить.

Она продолжает что-то лопотать об издевательствах и прочей ерунде, и я это позволяю ей, пока терпение мое окончательно не лопается.

– Ты поедешь со мной, – ставлю перед фактом.

– Нет, – пытается она противостоять мне, но куда ей, такой соплюшке недозрелой против матерого, крепко стоящего на ногах, самца.

– Ты родишь мне моего наследника, хочешь ты этого или нет! – говорю то, ради чего приехал."

"И не нужно смотреть на меня глазами побитой лани. Меня не проведешь, продажная Эльвира, или эльфи, как мне тебя называть, стриптизерша?

Глава 8

Эльвира

В машине тихо.

Стоит настолько гулкая тишина, что урчащий звук мотора вибрацией отдается в теле, приятно массируя деревянные мышцы. Черный внедорожник, в котором меня везут, едет в центре, спереди и сзади идентичные машины. Охрана. Мало того, что нас взяли в кольцо, так и внутри салона спереди сидят два мордоворота. А вот сзади я сижу не одна. Кожей ощущаю, как от Шамиля исходят волны какого-то нетерпения и довольства. Скриплю зубами, чувствуя недовольство и разочарование от собственного поражения. Глубоко дышу, не желая, чтобы беспокойство повредило развитию ребенка.

– Отныне у тебя особый распорядок дня, кукла, – раздается голос Галаева.

Вижу, что он смотрит на меня пристальным взглядом, но сама отворачиваюсь к окну. Тихий протест его произволу.

– Что за детский сад, Эльвира, – усталость в его голосе неподдельная, – нам нужно поговорить и придти к взаимовыгодному сотрудничеству.

Ничего не отвечаю, лишь наблюдаю за тем, как мимо проносятся деревья соснового леса. Приоткрываю окно, наслаждаюсь запахом свежести.

Но тут рядом мелькает мужская рука, жмет кнопку, и стекло снова приподнимается.

– Простудишься, – спокойно отвечает на мой молчаливый вопрос Галаев.

Не введусь на его мнимую заботу. Мы оба знаем, чем она обоснована. Слышу тяжелый вздох, но больше заговорить со мной не пытается. В молчании доезжаем до черных кованых металлических ворот. Они открываются, по бокам мелькает охрана, но мы проезжаем, не останавливаясь. Тротуар закручивается и ведет прямиком ко входу в огромный особняк. В иной раз я бы открыла рот и замерла в восхищении от этого великолепия, но сейчас я ощущала себя не только пленницей, но и бедной сироткой, по нелепой случайности оказавшейся рядом с миллионером.

Неприятное чувство.

– Добро пожаловать в Монстр-Холл! – усмехается спереди какой-то мужчина славянской внешности.

– Макс! – предупреждающе рычит Шамиль, я же сижу, сжавшись и не желая выходить.

Галаев хлопает дверью, появляется с моей стороны и дергает мою. Я хватаюсь за ручку, но силы не равны, он тянет на себя, открывая ее нараспашку.