– С Григорием, – опускает глаза Макс, будто чувствует передо мной вину, но мне недосуг сейчас интересоваться его эмоциями.

– Поехали! – отдаю приказ и выхожу из кабинета, четко чеканя каждый шаг, будто гвозди подошвой забиваю в пол.

В висках стучит, перед глазами пелена, но внешне я выгляжу спокойным. Самоконтроль – хорошая вещь, часто помогает мне в переговорах. Так что всю дорогу я привожу себя в холодное состояние, настраиваясь на работу головой. И когда мы заезжаем во двор пятиэтажки, я снова тот самый Шамиль Галаев, давно уже успешный бизнесмен и негласный хозяин города.

И никак не юнец, потерявший голову от неподходящей женщины. А Эльвира – не та девушка, с которой стоит строить будущее. Не та…

– Дверь слева, – кивает мне Макс, докуривая сигарету.

Я кидаю окурок на землю и втаптываю его в асфальт. Остервенело, демонстративно даже для себя. Вот, что происходит с теми, кто имел несчастье перейти мне дорогу или нарушить планы. Вижу, как делает шаг назад парнишка, но отметить в голове не успеваю, в этот момент в окнах шевелится штора, и моему взору предстает девчонка. Она не смотрит во двор, беззаботно что-то напевает себе под нос и поливает из чашки цветок в горшке, листья причудливой формы привлекают взгляд.

Будь я садоводом, может и обратил бы внимание, но сейчас меня куда больше занимает совершенно другой цветок, который я не так давно сорвал с клумбы. Не замечаю, как подхожу ближе, жадно смотря на ее полные налитые груди, выглядывающие из-под махрового халата. И тут портьеры снова закрываются, закрывая мне вид на соблазнительное зрелище.

– Стойте тут! – рычу охране, а сам захожу в подъезд.

Подхожу к нужной двери, глубоко дышу, чтобы унять неуместное возбуждение, и звоню.

Слышу внутри квартиры ступающие девичьи шаги, она подходит к глазку, и я смотрю прямо в него, не скрываюсь. Она охает и отступает, судя по участившемуся дыханию прикрывает рот. Нет, куколка, так не пойдет, тебе не спрятаться от меня за этой хлипкой дверью. Наша перепалка длится недолго, она даже угрожает мне, что вызовет полицию, и это смешит. Что-то еще бормочет, но тут вдруг раздается стон совершенно другой тональности. Будто она испытывает боль. И меня прошибает от страха. Из-за ребенка, убеждаю себя и еще больше злюсь, что она чинит препятствия.

– Тебе нельзя нервничать, эльфи, – неожиданно мягко уговариваю ее, даже сам удивлен этому факту.

Но она молчит, так что я считаю вслух до трех. И это действует.

– Открываю, – раздается дрожащий слабый голосок.

Дверь открывается, являя моему жадному взору ее испуганную мордашку. А девчонка проницательная, сразу сечёт, что ребенка такой, как она, я не оставлю. Хотя если будет хорошей, послушной девочкой, то…кхм…есть, пожалуй, варианты.