– Что будет дальше со мной и детьми? – задаю единственный и самый важный вопрос, который волнует меня больше всего.

Он скрещивает руки на груди, стискивает челюсть и ненадолго прикрывает глаза. Затем вздыхает и делает шаг в мою сторону. Мне стоит огромных усилий, чтобы от испуга не отшатнуться, но я пытаюсь себя контролировать, и вроде это неплохо у меня получается. Опускаю взгляд в пол, только телом ощущая его приближение. Он останавливается вплотную ко мне, берет пальцами меня за подбородок и заставляет смотреть на себя. Ловит и больше не отпускает мой потерянный взгляд.

– Я скажу тебе это один раз, но знай, – поглаживает большим пальцем ямочку на моем подбородке, – выбора у тебя нет.

Кто бы сомневался, фыркаю про себя, но внешне остаюсь невозмутимой.

– Ты – яд в моей крови, Эльвира, – глаза его темнеют, когда он окидывает взглядом мое лицо, – пробралась под кожу и осталась там, причиняя мне только боль.

Сглатываю, совсем не ожидая настолько откровенной и оголяющей речи Шамиля.

– Это не любовь, мой непокорный эльф, – обхватывает всей ладонью мою шею, хватка его становится крепче, – это одержимость, от которой тебе никогда не уйти.

Я дышу, слушая его слова, глаза не опускаю, заставляю себя наблюдать за сменой эмоций на его лице. А там целая буря – страсть, тяга, ненависть и боль. Ты, правда, веришь в то, что сейчас говоришь, Шамиль?

– Говори, – практически сиплю, жду его вердикта.

– Ты станешь моей законной женой, Эльвира, – притягивает меня к себе ближе, – и будешь стараться, очень хорошо стараться. А со временем и полюбишь меня, будь уверена. Другой расклад меня не устроит.

Такого я не ожидала от слова совсем. Открываю рот, глаза метаются из стороны в сторону, сердце пускается вскачь, руки подрагивают, сама же я нахожусь в прострации.

– А как же Мадина? – все, что могу выдавить из себя.

– Она выходит замуж за другого, – улыбается Шамиль, словно победитель, – а теперь иди, скоро подадут завтрак.

Разворачивает меня и подталкивает к выходу из кабинета. А у меня тревожно на душе. Ведь осталось много тревожащих меня вещей. В порядке ли Гриша, и оставит ли в живых Шамиль Марину с детьми? Стоит переварить все, что он мне сказал, и решиться задать ему эти вопросы.

Глава 24

Шамиль

– Что происходит? – рычит отец, неожиданно приехав ко мне в дом вместе с матерью.

Снова. Невовремя.

– О чем ты? – невозмутимо спрашиваю, продолжаю допивать свой кофе.

– Детей похитили, а ты молчал и ничего не сказал нам? – продолжает кричать отец, брызжа во все стороны слюнями.

Мама стоит у порога гостиной и молча прожигает меня взглядом. Скрещенные на животе руки, сведенные на лбу брови, весь ее вид говорит о негодовании.