Это подросток, еще не отшлифованный законами, правилами и этикетом. С меня сорвали эту оболочку, вручили связку шаров и тремя медведями. Рядом с нами анимированная панда и пиротехник.

Мне почти тридцать, а я реально стесняюсь. Когда все радуются за Сашу и празднуют рождение, я… для меня это что-то большее. Она и не представляет, как сложно быть другим не наедине. Вроде бы они все мои друзья, у двоих из них есть семьи. И я помогал им бороться за любовь, спасать жизнь, а сам… а себе сложно.

– Все тихо, я звоню. – Предупреждает Онежа. – Саш, привет, ты как? – Мы замираем и молчим… – Поздравляю, моя девочка.

Мы так рады за тебя. Хотим скорее тебя и малышек увидеть. Саша, ты возле окна лежишь? … Тогда смотри.

Онежа кивает. Пиротехник запускает фейерверк. Аниматор включает громкую музыку.

Вверх тонкими светящимися струями летят заряды, взрываются тысячами мелких частиц. Я не смотрю на них, но вижу в отражении ее окон. Папа рассказал, где.

Знаю, что она смотрит. Хочется, чтобы улыбнулась и отвлеклась хоть немного от прошедшей операции. Я и не надеюсь, что она подойдет. По правде я даже не хочу, потому что тогда мне придется делать то, что сказал Ромка.

И дело не в самом факте, а при всех. И это будут не только друзья, это будет весь чертов центр. И весь центр завтра будет знать, что у моего отца родились внучки. А сплетни добавят горчинки. Мы счастливые родители, но по отдельности.

Вижу в окне тень и замираю. Саша.

Упирается руками в подоконник. Смотрит то на нас, то на панду, то на салют. Прикрывает ладошкой рот.

– Саня, – кричит Ромка, – вот кому все равно на окружение. Он всегда делает то, что нравится и кайфует от этого. Саша машет ему. – Поздравляем!

Все поддерживают его, повторяют.

Я понимаю, что между ними ничего нет, но машет ему, не мне.

Давлю в себе ревность. Да, это оказалось сложнее, чем я думал, но когда мы вместе, я всегда буду думать о том, что произошло.

– Ну, – оборачивается ко мне, – давай. – Машет мне.

Проще разобрать двадцать дел и написать десяток исков, чем сейчас приотпустить ленту в руках , чтобы шары резко взмыли вверх, подхватываемые легким ветром.

Саша приоткрывает рот, легкое движение головой вверх. Следит как шары поднимаются вверх, выше окон. Улетают в небо.

Рома подпрыгивает, хочет успеть достать, но охапка шаров улетает вверх вместе с медведями.

Ребята гудят мне, я и тут испортил все. Но смотрю на Сашу, она смеется.

Мы провожаем улетающий вверх подарок. Ветер вверху сильнее и начинает сносить его в сторону деревьев.

Взглядом по окнам. Пол род центра следит за моим фиаско и ахает, когда шары цепляются за одну из веток и останавливаются.

– Дядя Юраааа, ну как так? – журит меня Катя. Я закрываю глаза и смеюсь.

Действительно, так волновался, что сделал все еще хуже.