– Ты про видео? – Киваю. – Это было до тебя, вы даже не были знакомы. Ты тоже не ангел.

– Я видел вас вместе возле клиники.

– Это запрещено?

– Нет, я просто спросил, что между вами? Зачем отвечать мне вопросом на вопрос?

– Вопрос это не утверждение, к нему нельзя прицепиться. А то бах и потом под следствием окажусь.

Теперь понимаю, что к чему. Что его зацепило и не дает успокоиться.

– Я бы никогда так не сделал, Ром. Ты знаешь.

– Теперь уже нет, ты был убедителен.

– Я разве подводил когда-то?

– Любое “когда-то” бывает впервые.

– Ром, ну, правда, я вспылил тогда. Я бы никогда против тебя не завел дело.

– Нехило вспылил. До сих пор пыль летает.

– Вот представь, что девушка, которая тебе нравится, вдруг выдает такое в лицо. Ты бы как к этому относился? – Я не жду, когда ответит, и продолжаю: – Так ты мне ответишь про Сашу?

– А ты чего про нее вспомнил вдруг? Не твоя, так сразу захотелось вернуть? А как она плакала, истерила, хотела что-нибудь сделать, чтобы тоже в тюрьме оказаться рядом с отцом, детей не хотела оставлять, тебе, конечно, это не известно. Ты обиделся, свалил на хер.

Каждым словом подсечку ставит и сбивает с ног.

Я так много о ней не знал. Я даже предположить не мог. На тот момент сомнений не было, что все обошлось. Не обошлось.

– Ты можешь мне просто сказать, что между вами?

Мне приносят мой ужин, но я и притронуться не могу, пока не услышу ответ друга. И положительный для меня сейчас будет как приговор. Никогда не думал, что самому придется выслушивать приговор.

– Нет, между нами ничего нет.

Он говорит это открыто, смотрит в глаза. Рома не врет. Я прикрываю глаза и выдыхая, опускаю голову. Сам себе улыбаюсь. Я верю ему. Больше и не надо.

– Спасибо, – снова ловлю его взгляд, – что поддерживал ее.

– Не ради тебя это делал. Хорошая девчонка.

Встретила только тебя, придурка.

Дополняю непроизнесенное.

– Ром, извини, что тогда так сказал, важно было, чтоб ты удалил то видео. – Он отпивает кофе. – Срочно.

– Я итак бы удалил, если бы ты попросил. Даже в ущерб себе. Но угрожать мне это было не по-дружески.

– Я вспылил. Признаю. Суд, потом Саша со своей правдой, а потом меня прижали и… – Рома откидывается на спинку стула, слушает. – Да не важно. Это мои проблемы.

– Так что тогда случилось?

– За мной следили.

Узнали, что я с Сашей встречался и этим начали шантажировать.

Мне приносят ужин и ставят тарелку.

– Зачем?

– Во-первых, чтобы меня не поставили на место прокурора района, во-вторых, я просто мешал. И есть подозрения, что все из-за Сашиного отца. Я начал разбираться в этом деле, искать правду, а кто-то этого очень не хотел. Еще и Саша громко огласила про вашу связь, – указываю на него указательным пальцем, детали вспоминать не хочу. – Как это все связано не знаю, но мне сразу дали понять, что это будет использовано против.