– Хотела я ему ответить, Ахилл, но с прокурорами спорить бесполезно.

Мамми, я не ослышался? С прокурорами?

Но Саша идет к себе в комнату. Я за ней.

Мяуки. Можно и без попкорна. Сашунечка моя любимая ложится на свою подушку для беременных, обнимает ее и закрывает глаза.

Запрыгиваю и осматриваюсь.

Мамми, мне показалось или ты сказала слово “прокурор”?

У нее на губах довольная улыбка, как будто одна запрещенки наелась в один рот, а мне не принесла. Я обнюхиваю ее. Лезу в лицо, принюхиваюсь и чувствую знакомый прокурорский запах.

– Ахилл, ты чего? Соскучился?

О, все кошачьи боги. Я по прокурору соскучился. Он вернулся? Почему не зашел?

– Подвез меня сегодня до дома, как раньше.

Я знал, я верил в него, мамми.

– Сам предложил. – Чешет за ухом, я подставляю еще и шею. Массаж так уже всего. Кайф-кайф. – Зачем, так и не поняла, но ничего не рассказывала. У него как будто другая девушка теперь.

Мамми, ты скажи, что у него будут котята, он всех бросит.

– Но спросить напрямую я постеснялась. Не хотелось выглядеть неудачницей. Он не изменился.

Оу, мами, он не хочет стать папой для наших котят? – мурчу и трусь о живот.

– Что думаешь?

Думаю, ты должна сказать, что у него будут котята. Мамми, не слушай никого. Как мы с котятами-то будем одни справляться.

Но из разговора с подругой понимаю, ничего она не расскажет.

Саня-Саня. Паппи ж не виноват, что деда у нас такой шальной и любил похимичить с законами. Ты придумала себе обиду, придала ей глубокий смысл, а теперь злишься на того, кто вообще не виновен.

– Мау тебе.

Вот мау. Чтоб ты понимала.

Разворачиваюсь и ложусь рядом.

Возьму аскезу и не буду ничего есть, пока не простишь прокурора.

Глава 7. Юра. Александр и Саша

Я предупреждаю заместителя прокурора, что задерживаюсь. Мне передали от следователя несколько уголовных дел для направления в суд. В одном из них я захотел сам побывать на месте преступления, заодно заехал к папе, потом Саша."

"Сжимаю руль, а в ладонях до сих пор ощущается то толкание. Такое необычное чувство. Сладкое, но с горчинкой. Само по себе интересное, покрытое какой-то тайной. Там растет ребенок, шевелится, но никто не знает, как он выглядит, какие у него волосы, какой цвет глаз, на кого он похож. Он уже живой, почти сформировавшийся человек.

Пусть дети – это ответственность и время, но как будто не помешали бы. Ну, дети и дети. Зато любимая рядом. Если бы надо было выбирать Сашу с ребенком или без ребенка, но и без Саши, то определенно, я бы забрал их двоих. Хотелось бы снова этих ощущений рядом с ней.

Я еще сомневался до этого, может, показалось, может, напридумывал себе. Как мороженое, которое в детстве всегда казалось вкуснее. А сейчас приелось. Саша и сейчас притягивает, как то мороженое из детства.

Тянуло так просто поцеловать ее, она же такая как раньше.