Неужели ты думаешь, я не видела, что молодые девушки сами заигрывают с парнями и даже решают, будут они с ними спать или нет? А почему я этого не могу? Или, может, ты немного ревнуешь?

— Просто подумал о том, кто попадет к тебе в лапы, — угрюмо ответил он."

"— Но ты спокойно смотришь на меня?

— Халькатла, будь так добра, возвращайся назад в свою комнату, — сказал он, тяжело вздохнув. — Этот разговор ни к чему не приведет.

— Неужели? — спросила она и, стоя у него за спиной, быстро выскользнула из своей туники. А потом подошла к нему сзади и нежно обвила руками его негибкое тело.

— Ничего сейчас не чувствуешь? — прошептала она ему на ухо, прижимаясь к нему с самыми провокационными намерениями.

— Нет, ничего, — ответил он и попытался высвободится, но ее губы впились в его шею, а руки скользнули вниз.

Он резко схватил ее за руки и высвободился, потом повернулся к ней, и Халькатла испугалась, когда увидела горящие угли в его глазах.

— Никогда не делай так больше, — предупредил он тихо и зловеще. — Иначе не сможешь с нами оставаться.

Она издала какой-то жалобный и отчаянный всхлип. Руне вздохнул:

— Халькатла… Ты совершила настоящий подвиг, когда заставила Тенгеля Злого повернуть на юг.

И ты уже всячески доказала, что заслуживаешь нашего доверия. Но не перегибай палку! Если ты будешь слишком назойливой, мы не сможем и дальше терпеть твое общество, и ты это прекрасно понимаешь! Как ты думаешь, понравилось бы это Марко?

Она хихикнула, дрожа:

— Но ему же совсем не обязательно говорить об этом?

— Неужели ты считаешь, что он все равно не узнает?

— Да нет, — сказала она и заметно побледнела.

— Может и нет. Но это не смешно, Халькатла! Мы не хотим лишаться тебя, но ты можешь навлечь на себя беду.

По его глазам она видела, что он говорит совершенно серьезно, и внезапно почувствовала себя ужасно глупо, что стоит перед ним нагишом. Руне тоже успокоился и взял ее за руку.

— Ты очень привлекательна, но в том, что ты кидаешься на меня, нет никакого смысла.

— Но кого же мне тогда найти? — жалко спросила она, снова надевая тунику. — Марко неприступен, а Мораган умирает… и к тому же он Тувин. А к другим идти ты мне запрещаешь.

— Неужели какое-то случайное приключение так много для тебя значит?

— Руне, — принялась она убеждать его, она уже оделась и теперь говорила увереннее.

 — В моей настоящей жизни я, как и большинство девушек, ужасно хотела иметь какой-нибудь роман. Я хотела, чтобы меня любили, или, во всяком случае, чтобы меня кто-то страстно желал. Но я была ведьма, Руне, все избегали меня, как чумной. Единственное, что мне оставалось, это удовлетворять саму себя в полном одиночестве. А это было безжизненно, скучно и неинтересно. А сейчас у меня появилось время, пусть даже совсем немного.