До сих пор не знаю, как я решилась на четвертого ребенка…

— Ты сама хотела еще одного сына, — напоминает мне муж.

— Я просто забыла что это такое, — корчусь в муках, потому что мне невероятно больно, и я точно не пошла бы на это еще раз.

— Все будет хорошо, Лен, — Даня целует меня как раз во время схваток, а я только могу орать и обзывать медсестер, которые пытаются проткнуть меня иголкой.

— Папочка, в родзал идете? — спрашивает акушерка, и я сдавливаю его руку сильнее.

— Идет!

Дальше мне кажется, что вижу просто сон, где я послушно тужусь, ору и, кажется, слишком сильно сдавливаю Данину руку, потому что буквально слышу хруст его костей. Ну или не его.

— Поздравляем, у вас сын, — говорит доктор, и я обессилено откидываюсь назад.

Я сделала это. Подарила любимому мужчине сына. Родила здорового мальчика и сейчас любовалась его пухленькими щечками и еще закрытыми глазками. Даня держит его на руках, а малыш раз за разом чихает, заставляя нас смеяться.

— Как назовете? — спрашивает медсестра.

— Рома, — выдаю я.

— Рома… — повторяет Даня и с благодарностью смотрит на меня.

Мы назвали сына Ромой в честь человека, который подарил нам эту жизнь, и я безумно счастлива, что обрела настоящую, большую семью, где есть две бабушки, десятеро кумовей и лучшие друзья, которые всегда рядом, всегда подставят плечо и помогут.

Я принимаю поздравления по телефону, говорю, что мы здоровые и счастливые, что нас впереди ждет только хорошее. Я убеждаю себя, потому что уверена — так и будет!

Я не знаю, что с моей матерью и Ритой. С сестрой я прервала контакты, не жалея. Не могла смотреть на человека, который предал не только меня, но и моего ребенка. Практически оставил его без нормальной, адекватной матери.

— Я люблю тебя, — говорит Даня, целуя меня.

— И я люблю, — отвечаю и тянусь к малышу, провожу пальчиком по его щечке. — Теперь это твоя маленькая копия.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Конец"