— Капитан Темирязев Александр Сергеевич, — показывая свою осведомлённость, произнёс маг, — сколько Вам понадобится времени, чтобы доставить охотникам тройной комплект артефактных пуль, а также на каждого пятого выдать бронебойные винтовки?

— У меня нет полномочий отвечать на этот вопрос.

— Да? А кто же тогда может?

— Граф Тулеев, — со страхом на лице, ответил капитан.

— Тогда не будем тратить время, — он схватил капитана за рукав и, прежде чем исчезнуть, повернулся в сторону Некрасова. — Командуйте выдвижение колонны к Терешковскому мосту. Машины, — указал маг на три грузовика, — переданы вам, равно как и их водители.

Это будет компенсацией за потраченные нервы.

— А если войска выдвинутся на другой берег и потребуют от нас того же?"

"— Судя по увиденному, это крайне маловероятно. Однако, если понадобится, покажешь им это. — Маг протянул пергамент, и когда Некрасов прикоснулся к нему, загорелось голубое голографическое изображение, на котором я успел прочитать: Тайная канцелярия Его величества.

— Будет исполнено, Ваше благородие, — с благодарностью поклонился Некрасов.

После этого маг исчез, прихватив с собой Тимирязева.

* * *Когда мы подошли к мосту, он уже был перегорожен танками, и через довольно узкий проход, волоча за собой нажитое имущество, спешили жители другого берега.

Над нами пролетели вертолёты и через пару минут километрах в семи от нас раздались взрывы.

В прошлом я много раз участвовал в боевых операциях. И уже на слух мог определить ориентировочную дальность прилета и даже какой вид орудий применялся. И когда над нами пролетели вертолеты, а через несколько минут послышались взрывы, я понял, что прогремели они где-то в семи, максимум десяти километрах от нас.

— Слишком близко отстрелялись, — услышал я слова дяди Стёпы. Сказано это было не мне. В этот момент он занимался планированием операции с командирами охотников. Но больше это было похоже на говорильню. Ведь у них не было никаких разведданных и боевых задач им ещё не поставили.

Я посмотрел в сторону растянувшейся людской колонны, и мне стало понятно, что многие гражданские просто не успеют перейти на этот берег.

Рядом с нами прошла молодая женщина с девочкой на руках. Ребенок громко плакал.

Они оглядывались по сторонам, и было видно, что им обеим страшно. Тяжело вздохнув, я передернул затвор и пошёл на тот берег.

Наверное, правильно говорят, от судьбы не убежишь.

Я не смогу себе простить, если буду просто смотреть за тем, как существа будут убивать мирных жителей. Однако каждый сам должен сделать свой выбор как поступить. Поэтому я не стал проявлять свои ораторские способности.

Я собирался применить старый психологический трюк. Охотники видели в какую сторону я пошёл.

И мой расчёт оправдался.