— У меня тоже, — пожаловалась я.

— Хочешь, я «зебру» испеку? А ты мужу обед сварганишь. Я рассказ написала, по-моему, неплохой.

— Про собаку? — заводя мотор, спросила я, зная Женькины пристрастия.

— Нет, про кота. Хотела бы знать твое мнение.

«Зебру» Женька испекла, а вот рассказ прочитать не успела. Только мы устроились за столом, как раздался телефонный звонок. Я сняла трубку и с удивлением услышала голос Игоря Дунаева. С удивлением, потому что после нашего последнего разговора не ожидала, что он вдруг мне позвонит.

— Анфиса, — нервно спросил он, — Роман на работе?

— Да.

А что случилось? — испугалась я.

— Ты не можешь к нам приехать? Сейчас?

— Могу, конечно. Мы будем через двадцать минут.

— Мы?

— У меня Женя…

— Хорошо, приезжайте, ждем.

Я повесила трубку и перевела взгляд на подругу. Та медленно поднялась и прошептала:

— Чего, а?

— Не знаю. Игорь звонил, едем к Дунаевым.

— Господи, — забормотала подружка. — Неужто чего-нибудь с Лелькой?

— Да не каркай ты, — одернула я и принялась искать ключи от машины.

— Вот же они, — ткнула Женька пальцем, ключи преспокойненько лежали на тумбочке. Руки противно дрожали, и вообще, я здорово перепугалась, по голосу Игоря сообразив, что дело серьезное.

"

"Добрались мы меньше чем за двадцать минут, бросили машину возле «Гастронома» и бегом припустились к подъезду. На этот раз в квартире были только Игорь и Вера. Сестра и мать ушли на рынок. Понять их можно, сидение в четырех стенах в ожидании самого худшего способно свести с ума. Вера полулежала в кресле, кутаясь в шаль, а Игорь метался по комнате. Впечатление было такое, что он не переставал этим заниматься с момента нашей последней встречи.

— Спасибо, что приехали, — увидев нас, сказала Вера.

Только сейчас я обратила внимание на ее лицо и ужаснулась, так она переменилась за несколько дней: похудевшая, постаревшая, измученная, с красными от слез глазами, подруга казалась тенью нашей Верки.

— Что случилось? — стараясь не смотреть на нее, спросила я. Игорь молча протянул мне листок бумаги, на нем были наклеены вырезанные из газет буквы. — «Если хотите вернуть ребенка, — прочитала я вслух, — сегодня в пять часов приезжайте к развилке у Рождественской церкви. С собой у вас должны быть двадцать тысяч долларов.

Пакет с деньгами оставьте под березой, слева от дороги, и отъезжайте на полкилометра в сторону Покровской. Если все пройдет как надо, девочку в 17.30 выведут на дорогу у поворота на кладбище. В противном случае ребенка ждет смерть. Если вы сообщите в милицию, сделка не состоится».

Женька, побелев как полотно, сидела на диване и таращила глазищи, надо полагать, я выглядела не лучше.

— Как эти твари могут? — пролепетала Вера, закрывая глаза ладонью.

— Когда пришло письмо? — спросила я.

— Час назад.