Я готова задержаться, а ты? — спросила она у меня о том, о чем спрашивать при посторонних не стоило.

— Я тут хозяйка, если ты забыла, — напомнила многозначительно.

— А, точно. Что за дело?

— У нас к тебе две просьбы. Я бы хотела, чтобы ты аккуратно узнала, не планируют ли ваши завтра отправиться на маскарад во дворец. А то у Гейл и Инеса возникли кое-какие подозрения насчёт этого мероприятия. А Мадлен хотела попросить тебя заглянуть в одно укромное местечко в склепе. Говорит, через лаз идет любопытный магический фон, но человеку не пролезть.

— Ну ни минуты покоя и личной жизни! Показывайте свой лаз, — проворчала Мотя и нетерпеливо взмахнула хвостом.

Кокетничала. Ей самой интересно стало — в глазах плескалось любопытство.

А вот мне в склеп не хотелось от слова совсем.

— Вы тогда сами сходите, а я пока подготовкой к приёму займусь. Буду ждать тебя с информацией в доме, — отмазалась я от нежеланной экскурсии.

Но когда Мадлен и кошка скрылись в кустах, я к делам возвращаться даже не подумала. Меня внезапно буквально разобрало желание что-нибудь связать! И я окинула траву, деревья и кусты придирчивым взглядом, прикидывая, из чего бы сделать спицы.

Идею что-то отломать отмела сразу как совершенно неприемлемую и бесчеловечную (даже успела немного удивиться такой своей внезапной любви к растениям). И тут ворона, с которой ругалась Мотя, вдруг истошно каркнула, подпрыгнула, тяжело опустилась на ветку, и с нее упали два идеально ровных прута! А сверху еще и длинное птичье перо опустилось. Как завороженная, уже понимая, что прямо сейчас происходит явное чудо Мау, я присела и подняла один прут — твёрдый, упругий. Провела по нему рукой, и… кора с него исчезла, оставляя мне идеально ровную и гладкую спицу. Сухую и блестящую, с заостренным концом — как будто ее изготовили в мастерской. Проделала то же самое со вторым прутом — и получила вторую спицу. Перо брала в руки, затаив дыхание, предвкушая, что именно из него получится, и боясь ошибиться. Но кошачья богиня не стала меня разочаровывать, и да — я получила тонкий крючок! Прижала свои сокровища к груди, уже мысленно набирая петли, когда…

— Лана, вот ты где! Что случилось? Почему ты сидишь на траве? — раздался удивленный голос Доменика.

Он ломился ко мне через кусты и выглядел озадаченным. Я быстро сунула спицы и крючок в спрятанный в складках платья глубокий карман и поднялась, натягивая на губы улыбку. Откровенничать с мужем я по-прежнему не собиралась.

— Все хорошо. А у вас так быстро закончилось собрание? — попыталась перевести тему.

Доменик подошёл ко мне, взял за руки и заглянул в глаза.

— Тебя обидели? Моя мать? Тетка? Скажи кто, — спросил таким тоном, словно собрался немедленно бежать и наказывать моих обидчиков.