— Кстати, у тебя хороший вкус, — хмыкает сестра, берет меня под руку и ведет по залу, изредка отпуская комментарии в адрес мужчин, за которых цепляется мой взгляд. — Вот тот невысокий шатен — Семен Грачов, очень состоятельный мужик, но, я слышала, любитель трахать молоденьких мальчиков. А тот, — она ведет ножкой бокала в сторону слегка располневшего, но миловидного блондина, примерно моего ровесника, — большая надежда отечественной эстрады. Я бы сказала, твой клиент.

— Я не люблю мужчин с «комком нервов», который свисает над ремнем, — отмахиваюсь я.

— Тогда тебе стоит поискать в спортзале."

"При этом она выразительно возводит очи, в который раз показывая, какого невысокого мнения о «качках». Я бы и рада сказать, что она преувеличивает, но, увы, все встреченные мной спортсмены начинались и заканчивались на бесконечных разговорах о здоровом питании и самолюбовании перед зеркальными стенами спортзалов.

Если я сейчас скажу, что не собираюсь заводить мужчину просто так, потому что «ребенок был нужен еще вчера», сестра озвереет, поэтому приберегу эту правду до лучших времен. А чтобы она не чувствовала свои старания недооцененными, киваю в сторону первого же попавшегося на глаза мужчины.

— А это кто?

Крепкий шатен, около ста восьмидесяти сантиметров роста и такой хмурый, будто за улыбки здесь взымают плату. Единственный, кто наплевал на дресс-код и пришел без бабочки или хотя бы галстука. Совсем не мой типаж, даже взгляду не за что зацепится. Разве что за морщинки вокруг глаз, потому что только они и делают его старше. Как будто по паспорту ему тридцать пять, а на лице все сорок.

— Мммм… — заинтересованно мычит Тася. Останавливается и с усмешкой отпивает шампанское. — Понятия не имею.

Глава вторая: Холостяк

«Ты снова меня избегаешь!» — написано в очередном сообщении от Светы.

Ради смеха листаю ленту ее бесконечных истеричных посланий. Третий день она шлет их пачками, и ей совсем нескучно общаться самой с собой, потому что я не ответил ни на одно из них. А если почитать эту феерическую переписку, то Света успела сотню раз сама себя простить, наказать, обругать меня, сжечь на костре и залить мой мерзкий пепел горючими слезами раскаяния и бесконечными «Не делай мне больно!»

Мне в принципе по фигу, что она пишет, потому что и ежу понятно: я опять со всех сторон и как всегда виноват. Поведусь на крокодиловы слезы — и через пару месяцев все повторится сначала. Появится какая-то мелочь, повод высказать, какая я бездушная скотина и не ценю жертвы во имя наших отношений, мы снова поссоримся, разбежимся по углам, утром я отвезу ее к маме, и в этот ж день вечером Света начнет переписку с воображаемым собеседником.

Ну нет, родная. В этот раз тебе не взять меня «на слабо».