Особой нужды в оружии не было, просто я хотел проститься без свидетелей с Таней, пришедшей меня проводить.

— Обещай, что будешь осторожен, — попросила она после долгого поцелуя.

— Буду, обязательно. Всего лишь туда и обратно, путешествие на пару дней.

— Знаю я твои путешествия, — она рассмеялась. — А потом или кто-то на десять лет пропадает, или императоры умирают.

Вернулся Черницын, и мы исчезли с ним во вспышке портала. Что бы Таня ни говорила, а я планировал вернуться раньше, чем она соскучится по-настоящему.

* * *Управляющий московским особняком сделал вид, что совершенно не удивлён моему появлению. И даже когда мы собрали самолёт и подняли его в воздух для проверки, хранил непроницаемое выражение лица. Мол, если барин что-то делает, то так и надо, а его дело сохранять дом в целости и следить за порядком. Совершенно непробиваемый дядька! Не хуже хвалёных авалонских дворецких, славящихся своей невозмутимостью.

Погоды в Москве стояли далеко не такие, как в Ангельскогорске. Так что управляющему пришлось срочно искать нам зимнюю тёплую одежду. Но он так быстро это сделал, что я даже заподозрил, что он обладает даром предчувствия и заранее подготовился к нашему появлению.

Больше всего Черницына поразила смена времени суток — на Калифорщине, когда мы телепортировались, был уже поздний вечер, а в Москве стояло солнечное февральское утро. Нет, он теоретически знал о разнице во времени, но, столкнувшись с ней в реальности, слегка опешил. Кстати, из-за неё мне пришлось наносить на биплан отводящие глаза Знаки — нечего привлекать к нам лишнее внимание.

Загрузив немного съестных припасов, мы вылетели в сторону Петербурга. Самолёт вели по очереди, чтобы дать друг другу поспать. А по пути сделали несколько посадок, чтобы размять ноги и перекусить.

Уже к вечеру на горизонте показалась столица с поднимающимися в небо многочисленными дымами. Но далеко не все из них начинались из печных труб — в городе пылали многочисленные пожары, а в воздухе едко пахло перегаром эфира.

* * *Я сделал круг над Петербургом, разглядывая происходящее на улицах. И увиденное мне крайне не понравилось. Город носил следы уличных боёв с применением магии. Кое-где они ещё продолжались: опричники в чёрном додавливали группки гвардейцев-преображенцев, совершенно не стесняясь в средствах. Грохотали выстрелы, визжали огненные всполохи и бухали «молоты». Даже мелькнула мысль, что мы опоздали."

"Но, к счастью, Зимний дворец стоял нетронутый с поднятыми магическими щитами. А на Дворцовой площади расположились пушки, и гвардейцы подле них суетливо готовились к обороне.

Черницын давно проснулся и сидел притихший, с ужасом наблюдая за происходящим в городе.

— Ваня, слышишь меня? — крикнул я не оборачиваясь.

— Да, Константин Платонович.