Звуки из кухни доносятся, и как только на пороге оказывалась, застываю от увиденной картины. Дочка сидит на столе с мишкой в руках, а Марат…пытается готовить блинчики у плиты. Судя по густому дыму и неприятному горелому запаху, стоящему на кухне, это слабо у него получается. И это вообще первый раз, когда я у плиты его вижу.

Так и стою на месте, не смея ступить шагу, пока дочка не обнаруживает меня, и не выдает с потрохами.

– Мама!

Полинка спрыгивает со стола и мчится обниматься.

– Девочка моя, как ты сегодня?

– Холошо. Малат снова колмил меня кашей невкусной. И лекалства еще эти давал. Фу! Но он обещал мне за это блинчики сладкие, хотя они тоже…пахнут плохо. И челные, как угольки.

Поднимаю взгляд на мужчину. После вчерашней ночи не могу спокойно смотреть на него.

– Садись Дарин, с блинами не вышло, но в холодильнике полно еды. Не останешься голодной.

Осторожно обхожу Марата, и сажусь за стол. Полинка рядом со мной носиться, словно и не было вчерашнего приступа.

Вскоре передо мной появляется большая чашка дымящегося чая и тарелка с разными вкусностями. Мне неловко все это уплетать перед мужчиной, поэтому я беру лишь чай. Пауза неловкая между нами, и я не знаю, куда деть глаза после вчерашнего.

– Цветы в спальне…Их так много.

– Я хотел порадовать тебя. Получилось?

– Спасибо, но не стоило.

– Стоило. Я сильно задолжал тебе. За три года, как минимум.

Завтрак проходит в тишине, если прием чая можно так назвать. Мужчина сверлит меня взглядом пристальным, а я…летаю словно где-то. Между нами недосказанность, но никто не торопится сделать первый шаг.

Мне все еще не верится, что все это со мной происходит. Я как будто не вынырнула из той трясины, куда окунулась, будучи беременной. Тот шок все еще не отпускает меня, не дает открыться мужчине.

Сегодня у Марата выходной, и он проводит его с Полей. Я вижу, что она больше не боится его, “Маратиком” зовет, а мне…рыдать хочется. Отец он ей, а она даже не знает этого.

Не говорила я ей, чтоб не травмировать, а теперь даже не знаю как быть. Горькая обида на мужчину не дает мне дышать нормально. Не могу я простить его, не могу, и все тут. Корю себя за дурость вчерашнюю, ведь знала же, что сегодня жалеть буду, а все равно соблазну поддалась. Слабая я, и тело мое совершенно мне неподвластно, одного его только слушается.

В обед укладываю Полинку спать, а сама иду на кухню. Спохватываюсь, когда в какой- то момент Марат подходит ко мне сзади. Я не ожидаю этого, поэтому чуть ли со стула не сваливаюсь, вызывая раздраженный рык мужчины.

– Даша, ну что такое? Сколько еще ты будешь так реагировать на меня?

Опускаю взгляд. Нельзя так. Неправильно.

– Не знаю. Не знаю я!"

"Подскакиваю, и чашку случайно рукой задеваю. Она на пол сваливается, и вдребезги разбивается. Я вскрикиваю.