– Они ещё угрожали нас наказать административно за сопротивление властям! И вдобавок отправить письма о нашем моральном упадке в наши институты!

– Можно подумать, – в унисон ей твердила подруга, – что эти твари не знают в лицо всех путан, работающих в их квартале. Те шматы бесстыжие никогда и не прячутся!

Лёня им роздал документы и личные вещи, советуя, как вести себя дальше:

– Когда вас выпустим, уходите с достоинством и не спеша. Если будут в дальнейшем претензии к вам, скажете, что отпустил дежурный лейтенант. Хотя мы все данные о вас потрём, но лучше парочку недель где-то переждите в укромном месте.

– А вы-то сами как сумеете выкрутиться? – недоумевал парень.

– Скажем так, наши родители и покровители могут всё! – Найдёнов многозначительно ткнул пальцем в потолок. Ну и чисто для очистки совести, на всякий случай, спросил: – Там в подвале ещё два мужика сидят, не знаете за что?

– Это дядю Витю схватили! – тут же залилась слезами одна из девушек. – Он со своим товарищем по работе шёл мимо, когда нас в автозак заталкивали, и заступился за нас по глупости. Так его с другом избили и тоже схватили! Беспредел творят эти полицаи! Как при фашистах себя ведут!

Даже не советуясь со мной, Лёня поспешил в подвал, освобождая ещё одну пару невинно схваченных горожан.

Те и в самом деле выглядели изрядно помятыми и оборванными. Но в то же время пытались включить здравый рассудок и не скрывали своих немалых сомнений:

– Ребятки! Вы что творите-то? – И к нашим советам они не хотели прислушиваться ни в какую. – Лучше нам остаться здесь. Есть и нормальные служаки в полиции, мы обязательно завтра с утра разберёмся с истинными вурдалаками, и их накажут. А вот если сбежим, сразу тем самым признаем собственную вину.

Пришлось дядечек построить, не только сурово на них прикрикнув, но и весьма жёстко прогрев их эрги’сами резкой боли:

– На выход! Идёте домой и делаете, что мы вам посоветовали! Пошли!"

"Когда и эти борцы за справедливость ушли, покинула участок и наша троица. Причём я чуточку раньше снял с себя как фантомную обманку, так и иллюзию глубокого плана. То есть предстал перед рыженькой девицей в своём натуральном виде. Держа её под локоток, сразу после выхода повернул направо, по наименее освещённой стороне улицы, и начал заливать:

– Татьяна, приносим вам свои искренние извинения за неправомочные действия силовых структур.

Они порой превышают свои полномочия и теряют берега законов. Мы с племянником вас освободили из этого клоповника, потому как мой дедушка вам обязан. Это по его вине вас сюда некие придурки запроторили. А вся ваша вина, что дали свой телефон старому человеку для важного звонка. Несправедливость? Ещё какая! Но теперь, Татьяна, ни о чём не беспокойтесь. Все недоразумения остались позади.