А у тебя, похоже, какие-то сомнения?

Были ли у нее сомнения? Господи… Да она вообще не могла мыслить здраво. Все так сильно изменилось, что голова шла кругом. А еще, ну, ведь смешно, по всему выходит, она сама замуж напросилась. Эта мысль Лизу ужасно развеселила. Она откинула голову и впервые за очень долгое время захохотала в голос.

– Ну, и чего ты ржешь? – и себе улыбнулся Яр."

"– Удивляюсь, как легко я захомутала самого классного парня в округе.

Глава 19

– Здесь сколько? Тысяч семьдесят знаков? – спросил Дубильет, взвешивая в руке принесенную ему на откуп рукопись. – Полярникова, ты спятила?

– У меня были и побольше статьи, – справедливо заметила Лиза, проигнорировав предложенный шефом стул и его оговорку, касающуюся ее прежнего псевдонима. Защищаться она предпочитала из положения стоя. Чтобы никто над ней не нависал. И не давил. Ни своим авторитетом. Ни лишними килограммами – поесть Дубильет любил, а она все никак не могла набрать хоть относительно приемлемую массу. А ведь с момента возвращения из C* прошло уже две недели. Да и вообще не так уж долго она там «худела».

– Да, было дело, – побагровел Аркадий Семенович. – Но те тексты касались читателя напрямую. Я не могу выделить все полосы под статью о войне, происходящей где-то там, у черта на куличиках. У нас, Лиза, между прочим, народ беднеть стал в четыре раза быстрее в сравнении с прошлым годом, думаешь, ему есть дело до войны в C*?

Лиза иронично вздернула бровь, мол, какого ж черта тогда вы нас туда послали? Расчет был на то, что шеф ее вопрос поймет без всяких слов. Потому как если бы она его озвучила, тот бы прозвучал слишком дерзко и дал бы Дубильету лишний повод на нее окрыситься, что сейчас ей было совершенно не нужно. А так… К ней не могло быть никаких претензий. Мало ли что ему в ее глазах почудилось?

Расчет Лизы оказался верным. Шеф понял её без слов. Зыркнул злобно в ответ и, выбросив перед собой указательный палец, заметил:

– Тебе напомнить, как ты туда попала? Кто за мной несколько недель кряду ходил? Надоедал мне, не давая проходу? Ну, пустите меня, Аркадий Семенович, ну пожа-а-а-алуйста… – перекривлял Лизу.

– Да разве ж дело в том, что я сама туда вызвалась?

– И то так, – неожиданно легко согласился Дубильет. - Чего уж теперь? Давай посмотрим, что ты тут насочиняла.

Аркадий Семенович схватил ее бумажки и отвернул первый лист. Он любил, чтобы авторы приносили ему свои тексты именно так, распечатанными. На одной из пьянок в редакции Дубильет как-то признался, что в молодости мечтал работать учителем. И Лиза подозревала, что чиркая их статьи красной пастой, он отдавал дань той своей несбывшейся мечте.

– «Грязь и слезы»? – постучал по столу пальцами. – Не слишком ли пафосное название? Избитое…

– Да вы дальше читайте, Аркадий Семенович, а там решим.