Чтобы зря не расходовать силы, слегка наклонился вперед и, резко распрямившись, головой нанес удар в челюсть. Клешни разжались, и, перелетев через нары, беззубый рухнул на пол. Но тут же вскочил на ноги. В руке у него что-то блеснуло.

«Финка», – догадался Андрей.

Положение стало критическим. Отразить нападение он мог, лишь отпустив удавку. А где гарантия, что Расписной не встанет на ноги? Иметь такого противника за спиной гиблое дело.

– Ну все, теперь ты труп, – размахивая финкой, взвизгнул беззубый и двинулся на Андрея.

Тот сосредоточил все внимание на посверкивающем лезвии… И тут произошло неожиданное. Глухой звук удара – нападавший, выронив финку, отлетел метра на три, а перед Андреем выросла могучая фигура Сагалая.

– Я же сказал, без поножовщины! – раздраженно проговорил тот и презрительно сплюнул на пол."

"Андрей приготовился к схватке, однако Сагалай повернулся к нему спиной и не спеша пошел к своей шконке. Лег, заложил руки под голову и, кивнув Андрею на соседнюю шконку, предложил:

– Сядь. Побазарим.

Андрей вдруг понял, что с этой минуты ему ничто не угрожает. Однако строить из себя Геракла и поигрывать мускулами над поверженным драконом он не собирался.

История ведь только началась. Он отпустил удавку. Получивший свободу Расписной закашлялся, чуть погодя его вырвало.

– Дуй на парашу, мразь! – зло приказал ему Сагалай. – А потом дерьмо свое уберешь.

Зажав рот ладонью, покачиваясь и с трудом сдерживая позывы, Расписной покорно мотнул головой и нетвердой походкой поплелся к унитазу.

Андрей, без лишней спешки подойдя к Сагалаю, опустился на соседнюю койку-шконку. Молча достал сигарету и закурил. Сагалай внимательно наблюдал за ним, а когда Андрей шумно выпустил дым, спросил:

– Где так махаться надрочился?

– В морпехе.

– Понятно, – протянул Сагалай. – Матросом, значит. А я уж подумал, кинули нас. Обещали мента, а тут…

– А что, не похож? – усмехнулся Андрей. Сагалай покачал головой и тут же усомнился:

– Хотя чем черт не шутит. Еще пофартило, что к этим лохам попал. – Он кивнул на зализывающих раны сокамерников. – Обычно таких, как ты, или опускают по-черному, или в расход. Больше месяца менты на зоне не живут. Опустить тебя, может, и не опустят, а вот брюхо вспорют, это я гарантирую.

– Не слишком ли мрачно?

– А что поделаешь, если ваша не пляшет. Ты лучше скажи, чем ко двору не пришелся? За просто так в один аквариум с блатными не сунут.

Андрей пожал плечами.

– Не знаю. Взяли и списали на меня четыре убийства.

– Четыре? – не поверил Сагалай. – Ну, это ты дурочку гонишь…

– Да не убивал я никого, – возразил Андрей. – Дело в другом.

– А-а-а, кажется, я врубился, – облегченно вздохнул Сагалай. – Короче, ты начал рыть и закопался. Точнее, тебя закопали. Знакомая байка. Все верно.