Боль эхом отдалась в ребрах и каждой мышце тела. Если мое лицо почти полностью зажило, то синяки на груди и спине все еще давали о себе знать, как и боль в пояснице и в ребрах. Ничего. Все заживет. Лишь бы добраться до Любашиного «лежбища».

Я вышла из автобуса у выкрашенного в зеленый цвет, оштукатуренного одноэтажного здания, надпись над дверью которого гласила: «Д. Усть-Манская. Вокзал».

Опустив сумку на землю, я заглянула в записку Любаши, чтобы еще раз сверить адрес. В этом не было особой нужды: я помнила его наизусть, как и инструкции Любаши.

Деревня раскинулась у широкой реки Маны, по обе ее стороны.

Как я поняла, мне нужно было на ту, другую. Там, среди густой поросли деревьев, виднелись крыши домов, выстроившихся одной улицей в длинный ряд. Мне нужно было уйти дальше, до самого конца. Дом Любаши стоял на отшибе и прятался от других в том месте, где река огибала каменный утес. Но сначала нужно будет найти дом Степаныча, чтобы взять у него пресловутый ключ. По словам Любаши, Степаныч жил особняком, вдали от деревни, и его жилье находилось еще дальше, чем дом Любаши.

– Простите, – остановила я какого-то дедка, вышедшего из здания с табличкой «Почта России».

 – Скажите, а Заречная улица – это та, что на том берегу?

– Она самая, – кивнул дед.

– А как добраться туда?

Он осмотрел меня с ног до головы заинтересованным взглядом и сказал:

– Вот тут обогнешь дома и увидишь мост. По нему и перейдешь.

– Спасибо, – поблагодарила я и, не без труда подхватив сумку, сделала шаг в сторону.

– А ты чья будешь-то? – окликнул меня дед.

Очевидно, мою принадлежность к «не местным» дед определил сразу."

"– Я в гости к родственникам, – бросила я и поспешила подальше от любопытного деда.

Мне не нужно было, чтобы о моем приезде прознала вся деревня. Конечно, они узнают, но пусть какое-то время на меня никто не обращает внимания.

Мост показался сразу за поворотом. Он был довольно широкий, чтобы могли разъехаться две машины, и, судя по всему, совершенно новый. Внизу протекала быстрая не очень широкая река, уносящая свои воды в Енисей.

Преодолев мост, я нашла номер близстоящего дома и двинулась в нужную мне сторону. Домики были в основном старенькие, но добротно сложенные.

Виднелось и несколько двухэтажных, построенных из современных материалов. Видимо, даже в этих краях были свои богачи.

Не доходя до поворота, за которым, как я знала, должен был прятаться домик Любаши, я свернула на тропинку, убегающую в лес. Подруга говорила, что если пройти по ней до конца, то я выйду к тому самому Степанычу. Правда, Любаша не предупредила, что идти мне придется довольно долго. Дорожка хоть и была отчетливо видна, но, пройдя чуть дальше, я поняла, что не так часто по ней кто-то хаживал.