Как ее вытащить? Как уберечь? Если жива…

Если он ее хоть пальцем… убью тварь…

А если она добровольно сдалась?

Мысль была такой яркой, что меня кинуло на стену, отчего я ударился виском и рассек бровь о плафон.

И эти безрассудные звонки Поли, и эта странная покладистость… Она льнула ко мне несмотря на мои поступки. Все спланировала? Обманула? Заодно с Дороговыми?

Твою ж мать!

Неужели я настолько слеп, что не увидел фальшь в ее глазах? Да и девственность может быть просто обманкой. Заранее вживленный крючок в мою душу, чтобы я чувствовал себя виноватым.

Что стоит Дорогову «зашить» женушку, а потом так красиво мне ее подложить?

Но они же не могли знать, что я буду в казино?! Нет! Это бред… Я сам захотел играть, сам пошел в vip-зал, сам решил спровоцировать Витька.

Пока не услышу правду от Поли, не поверю в ее предательство. Должно же во мне хоть что-то живое оставаться? И это живое — вера, что я для кого-то был важен. Хотя бы на йоту. Хоть на атом.

И один момент оставался открытым: неужели Дорогов меня узнал? Мог ведь, не так сильно я изменился за эти пять лет.

А имя, фамилия, цвет глаз, стрижка — это чепуха для детективов. Наверняка, прежде чем налетать на нас, Владимир навел справки и вызвал нужных людей. Но я и не скрывался отчаянно и сейчас даже радовался, если все, наконец, решится. Или я, или он.

Пусть знает, что я выжил и ничего не забыл.

В эту минуту нужно было принять решение, которое изменит навсегда мою жизнь, и я сделал это.

Когда мы сели в машину, я набрал Федю и озвучил свою просьбу.

— Ты свихнулся? — поразился друг, но выслушал меня до конца.

Глава 64. Поля

Я сидела в машине Дорогова рядом с ним и ощущала на своей коже его прожигающий взгляд. Меня трясло, как Каштанку, я чудом не откусила себе язык. На мне тонкое бельё и кимоно из отеля, я босиком… А внутри одуряющий страх. Как знакомо! Хотя нет, бельё хотя бы есть.119fe8"

"Теперь, когда я знала точно, что слухи про Дорогова — правда… Нет! Малая часть правды. Я сидела рядом с настоящим чудовищем, которое легко и для собственного развлечения ломало чужие судьбы и жизни.

Я сама пошла на это, и назад дороги нет. Я чётко осознавала, что приняв руку «помощи» Дорогова, соглашаюсь на смертный приговор. Стоит ли этого Макс? Зачем я это сделала?!

Вспомнила о маме. Честенер ведь сдержит обещание? Позаботится о ней? А как же дети? Приют… Мы физрука искали полгода! Никто не хочет работать в таком заведении за мизерную зарплату, а я совмещала две должности. То есть, умри я, дети останутся без занятий.