— Что ты сказала? — шагнул ко мне Макс, быстро обернулся к Феде: — Что она сказала?!

— Тише, — улыбнувшись побелевшей, как мел, женщине, проговорила я и утянула Макса в сторону. Прошептала: — Ты пугаешь их, Макс. Они всего лишь работники отеля, не нужно относиться к ним, как к рабам. — Положила руку ему на плечо и, глядя в глаза, проговорила: — Возможно, этот номер не так роскошен, как ты привык, но… Чем плох номер с одной кроватью? В конце концов, теперь моя очередь спать на диване.

На лице Макса появилась привычная мне хищная улыбка, за которой обычно следовала гадость.

Я инстинктивно насторожилась, И Честенер не разочаровал: положил ладони на стену по обе стороны от меня и, склонившись к самому лицу, проговорил:

— Здесь нет диванов, По-ля.

— Я посплю на полу, — прошептала я, цепенея от его тёмного порочного взгляда.

— Исключено, же-на, — хрипло протянул Макс. — Ты не будешь спать на полу. И больше чтобы никаких сравнений себя с собакой, ясно?!

— Вполне, — внешне спокойно кивнула я, хотя сердце так и заходилось в бешеном стуке. — Тогда мы будем спать вместе, мы уже так делали. Ничего страшного…

— Что? — перебил меня Макс, глаза его будто превратились в два куска тяжёлого свинца, так давил на меня взгляд монстра.

 — Мы не спа-ли, же-на, а лишь лежали рядом.

— Ну так ничего же не случилось? — икнув, пролепетала я и, отчаянно краснея, с трудом продолжила: — Полежим ещё…

— Ты играешь со мной? — почти прорычал Макс, прижимая меня к стене своим мощным почти каменным телом. Работники отеля вежливо отвернулись и сделали вид, что их очень увлекает пустая стена. Федя положил руку на плечо понурившегося Келла, и они направились к выходу. Но Максу на них всех было явно плевать.

Он не отрывал от меня своего гипнотизирующего взгляда. Сквозь зубы процедил: — По-ля, я ещё здоровый мужчина, рядом с которым уже несколько дней живёт красивая сексуальная женщина. У меня есть сила воли, Поля, но ты должна понимать, что рано или поздно я не смогу остановиться. Уже почти неделю живёт, — он провёл по моей щеке кончиками пальцев так мягко, что я судорожно вдохнула. — И я бы сказал, что скорее рано, чем поздно, потому что… — Макс зло рассмеялся и произнёс жёстко: — Да потому что у меня скоро сперма из ушей полезет, Поля. Я хочу тебя. Так сильно, что меня не устроит услуга за деньги, которую я могу купить. Я хочу именно тебя. Поняла?

Ощущая себя кроликом перед удавом, я судорожно покивала, а Макс со звериным оскалом протянул:

— А теперь ещё раз скажи, что нас устроит номер с одной кроватью. Глаза не умеют врать.

И отпрянул от меня так резко, что я едва на пол не стекла по стеночке. Ноги отказывались держать, внизу живота словно лава плескалась, соски напряглись и дерзко торчали, отчётливо выделяясь через ткань футболки.