Могущественные силы, настолько же древние, как и сама земля, на которой я стоял, пришли в движение и начали свою неспешную работу. Моя кровь соединилась с кровью чародейки. Наши энергетические системы стали одним целым. Мы стали подобием двух сообщающихся сосудов, один из которых был сильно поврежден. И вся моя магическая энергия и жизненная сила устремились в этот покрытый трещинами и опустошенный сосуд.

Древние силы, к которым я воззвал, начали заделывать эти пробоины. Но делали они это слишком медленно. Им-то спешить некуда. Они холодны и бесстрастны. И им абсолютно плевать на жизнь какой-то смертной.

Они просто выполняли договор, заключенный между неведомыми участниками многие тысячелетия назад."

"И если бы не медведь, я бы умер. Вместе с чародейкой. Без вариантов. Все мои силы истощились бы за считанные минуты. Но медведь оказался силен. Его энергетический потенциал был невероятно огромен. Вся загвоздка состояла лишь в том, что я должен был контролировать интенсивность и объем поступающего от медведя потока энергий. Если бы я этого не делал, меня просто разорвало бы на части.

Это был титанический труд.

На грани невозможного. На самом краю пропасти. У самых ворот смерти. Мне нужно было ждать, пока затянутся раны чародейки. И ждать пришлось очень долго. Несколько раз я был на грани обморока. В эти моменты приходилось увеличивать поток идущей от медведя силы, рискуя при этом быть уничтоженным его внутренней энергией.

И когда у меня уже не оставалось сил терпеть, когда я чувствовал, что вот-вот провалюсь в бездонную черную пропасть, то внезапно ощутил, что наш с чародейкой магический потенциал уравновесился.

А это значит, что энергия перестала вытекать из ее тела. Сила, заключенная в сообщающихся сосудах наших соединенных древним заклинанием тел, пришла в покой и стала быстро пополняться.

В этот момент я резко отстранился от лапы медведя. Я не имел абсолютно никакого понятия, насколько сильно опустошил своего косолапого соратника. И поскольку за все время наших с ним странствий, я успел весьма и весьма к нему привязаться, то в мои планы отнюдь не входило нанесение непоправимого ущерба моему боевому товарищу.

Я разлепил веки и бросил быстрый взгляд на медведя.

Тот лежал ничком и преданно смотрел на меня.

— Ты как? Идти сможешь? — мысленно спросил я и тут же получил положительный ответ.

Медведь поднялся на лапы, чтобы продемонстрировать мне свое состояние. Правда, сделал он это с таким трудом, словно на него навалился тяжкий груз. Я понимал, что моему соратнику требовался отдых, но и тушу василиска оставлять надолго без присмотра мне не хотелось.

— Возвращайся на дорогу. Охраняй груз. Сможешь? — Я с беспокойством посмотрел на медведя.